0 8099

Родина и патриотизм. (Часть II) «Патриотические ереси»

Родина и патриотизм. (Часть II) «Патриотические ереси»

Любовь к Родине, называемая патриотизмом, – очень сильное чувство, схожее с безусловным рефлексом и способное мобилизовать народ на великие дела. Поэтому его всегда стараются использовать политики, причем нередко в целях, противоположных жизненным интересам нации


Враги народа пытаются исказить в массовом сознании понятие «родина» или вообще подменить его чем-то посторонним, чтобы дезориентировать, ослабить, а лучше вообще искоренить природный патриотизм людей. Именно такие псевдопатриотизмы следует считать патриотическими ересями, вредными и опасными.

В предыдущих статьях на данную тему показано, что родина представляет собой исторически сложившееся единство крови и почвы – национальной генетики и внешней среды, природной и этнической, в которой в течение веков сформировалось человеческое сообщество, называемое народом. Любое иное определение родины суть ересь. Наиболее распространенными являются следующие виды патриотической ереси.


1. ГОСУДАРСТВЕННЫЙ ПАТРИОТИЗМ 

– понятие «родина» подменяется понятием «государство».

На самом деле государство представляет собой абстракцию, систему институтов, которая сама по себе с почвой и кровью не связана. В материальной действительности государство олицетворяют люди, которые приводят эти институты в действие и которых называют государственными служащими, или чиновниками, или бюрократами. Поэтому государственный патриотизм в чистом его виде на практике означает приверженность режиму, правящему страной в данный момент времени.

Нередко в качестве объекта патриотического чувства бюрократия навязывает людям своего лидера, возглавляющего и олицетворяющего государственный аппарат. Король Франции Людовик XIV так прямо и заявлял: «Государство – это я!». Соответственно, французский государственный патриотизм того времени сводился к преклонению перед «королем-Солнцем», как лизоблюды называли этого самого Людовика.

Аналогичным образом в современной России чиновники и их подпевалы пытаются сфокусировать государственный патриотизм на личности президента Путина, которого еще величают «национальным лидером» (не столь поэтично, как «король-Солнце», но смысл примерно такой же). Помните, как у большевистского поэта: «Мы говорим партия, подразумеваем Ленин». Так и сейчас, говоря «Россия», патриоты-государственники подразумевают «Путин».

Между тем, Путин не только не Россия, что для здравомыслящего человека очевидно само собой. Он еще и вреден для Родины – ненавидит русскую кровь, а в русской почве его привлекают разве что нефть с газом, которые можно с выгодой гнать за бугор. От внешних супостатов государство Путин пытается защищать, это так. Но не из любви к Отечеству, а из классовой солидарности с Абрамовичами-Вексельбергами, Алекперовыми-Усмановыми и прочими олигархами, укравшими национальное богатство и грабящими страну (кстати, в основном это выходцы из диаспор, родина которых далеко от России).

Значит, и патриоты-государственники, поклоняясь Путину, фактически солидаризируются с врагами русского народа в лице шайки чиновников-олигархов, которую он возглавляет. Но это не патриотизм, а наоборот, измена Родине.

Конечно, российская государственность – вещь крайне нужная и крайне полезная. Государство позволяет эффективнее защищать кровь и почву от внешнего вмешательства и обустраивать жизнь в стране по русским традициям и обычаям. Наличие собственного государства делает русский народ нацией – высшей формой биосоциальной организации живой материи.

Но нельзя путать приоритеты, ставить телегу впереди лошади. Государство – не родина, а лишь атрибут родины, причем необязательный (у многих народов нет своих национальных государств, при том что родина имеется у каждого). Сама родина есть кровь и почва, тогда как государство представляет собой механизм, способствующий благу родины, только и всего. И тем более нельзя, как гениально сформулировал Салтыков-Щедрин, «путать родину с начальством», с персонажами, которые государством управляют. Родина первична, государство вторично, а начальство вообще на самом последнем месте. Противоположная точка зрения, на первый план выдвигающая государство с начальством, суть государственно-патриотическая ересь.

С другой стороны, следует учитывать, что государственный патриотизм являет собой форму проявления лояльности России, единственно доступную представителям диаспор и малых коренных народов. Кровь и почва у них либо за пределами России (у диаспор), либо ограничена отдельными российскими регионами (у малых народов), там их родина. В качестве общего знаменателя для всех граждан Российской Федерации выступает российское государство, больше просто нечему. Так что российский патриотизм нерусских граждан является государственническим по определению. Именно поэтому Путин является кумиром нацменьшинств, по крайней мере их элит (да и он в ответ предпочитает их русским).

Однако такой патриотизм ограничен и условен, поскольку рассудочная лояльность к государству совсем не то же самое, что чувство органического единства с кровью и почвой. Государство сегодня одно, а завтра, глядишь, уже другое, расчленение СССР продемонстрировало это наглядно. Поэтому российский патриотизм еврея или чукчи зависит от их свободной воли, тогда как российский патриотизм русского человека определен природой, он безусловен и безальтернативен. Разница такая же, как между благоприобретенным навыком и безусловным рефлексом, то есть качественная.

Государственный патриотизм в русском обществе должен не подменять собой патриотизм природный, как это происходит сейчас (в том и суть ереси), а дополнять его как составная часть любви к Родине. Для русского патриота государство ценно тем, что делает русский народ нацией, полноценным участником системы международных отношений, и одновременно расширяет его жизненное пространство, включая в состав России земли с нерусским коренным населением и увеличивая тем самым шансы на выживание в диалектическом противоборстве с другими нациями.

Чем больше страна, тем она сильнее, это аксиома. Только в территориальной экспансии нужно знать меру и не допускать ситуации, когда нерусских в России становится больше, чем русских. Все империи (в том числе Российская империя в формате СССР) разрушились именно из-за того, что создавшие их народы со временем оказались в меньшинстве и растворили собственную идентичность в полиэтническом вавилоне.


2. МЕСТЕЧКОВЫЙ ПАТРИОТИЗМ 

Эта ересь заключается в пространственном смещении представления о родине, когда чувство крови ослабевает при миграции людей на новую для них почву, которую мигранты со временем принимают за отдельную, отличную от России «родину».

2.1. Характерный пример являет собой казачья разновидность местечкового патриотизма. Территориальная экспансия русской нации осуществлялась путем военно-хозяйственного проникновения на сопредельные территории с враждебным, как правило, аборигенным населением. Этим занимались в основном асоциальные элементы – беглые крепостные, уголовные преступники, скрывавшиеся от закона, и т.п. Из них вдали от центральной власти, на окраинах русского государства в середине прошлого тысячелетия сложилось специфическое сословие воинов-земледельцев (за исключением Запорожской сечи, там казаки жили одним разбоем).

Со временем казачьи сообщества были социализированы и интегрированы в государственную систему, сохранив при этом специфические традиции и обычаи, сформировавшиеся в относительном отрыве от российского национального центра и дающие основания судить о казаках как о самостоятельном сословии. Культурная самобытность дает повод некоторым казачьим «националистам» противопоставлять свое сословие русской нации. Казаки, мол, не русские, а сами по себе (кое-кто выводит казачий род чуть ли не от племени тургутов, к недоумению части современных тургтов-калмыков). Соответственно, их родина якобы не Россия, а Днепр, Дон, Терек, Яик и прочие «местечки» (отсюда термин «местечковый национализм») вдоль старых пограничных рубежей.

2.2. Крайняя форма местечкового патриотизма – патриотизм украинский, точнее укрский, категорически отрицающий русские корни населения Украины вопреки всему. Вопреки генетике, вопреки языку, вопреки культуре, вопреки здравому смыслу, в конце концов. «Украина не Россия», вот и все. Реальная кровь (русско-арийская) и реальная история почвы (Киев – мать городов русских) отрицаются огульно и безоговорочно. В качестве альтернативы людям навязывается инопланетная, укрская версия происхождения украинцев, вкупе с совершенно бредовыми мифами насчет их роли в мировой истории (например, про то, что колесо изобрели на Украине, и про то, что Иисус Христос на самом деле хлопец из-под Жмэринки).

Украина – большая территория с многомиллионным населением. Но все равно это лишь «местечко» на огромном пространстве русской Родины. Обособление местечка, даже крупного, есть преступление против русской нации, облегчающее цивилизационному противнику задачу ее ослабления, расчленения и порабощения по частям.

2.3. Особняком стоит русский местечковый патриотизм, сужающий понятие «родина» до размеров Великого княжества московского, то есть нескольких областей центральной России. По мнению таких «патриотов», русская нация должна «вернуться к корням» и сжаться на клочке земли, с которого началась современная ее государственность – во имя чистоты крови и почвы.

Такой подход, во-первых, некорректен с исторической точки зрения. Ведь в современном биологическом своем виде русский народ, как установили генетики, появился на среднерусской равнине около четырех с половиной тысячелетий назад. И через пятьсот лет уже освоил Урал, где сейчас археологи исследуют русскую «цивилизацию городов» с развитой металлургией и колоссальной по тем временам внешней торговлей (изделия из уральской меди находят аж на Крите). Именно с Урала русские племена под именем ариев пришли в Индию три с половиной тысячи лет назад.

Это только то, что сейчас известно достоверно - самый краешек истории территориальной экспансии русского народа на самой начальной стадии его развития. Но и этого достаточно, чтобы не ограничивать бытие Родины последним московским периодом. Русская Родина намного больше размеров княжества, выросшего вокруг Москвы после татарского нашествия, даже если рассматривать ее в седой арийской древности.

Во-вторых, кто мы такие, чтобы отдавать земли, за которые наши великие предки проливали свою кровь, расширяя жизненное пространство нации? Недаром, наверное, «русские националисты», пораженные местечковой ересью, при ближайшем рассмотрении оказываются не совсем русскими…


3. СОЦИАЛЬНЫЙ ПАТРИОТИЗМ 

– подмена родины социальной группой (классом).

3.1. Яркий пример – «советская Родина». Советский патриотизм трактует «родину» как «страну Советов», «первое в мире государство трудящихся» и т.п. Кровь и почва из понятия «родина» исключаются, что отрывает «советского человека» от России как таковой. Действительно, рассуждая логически, если бы советская власть воцарилась не в России, а, например, в Эфиопии, то «советская родина» находилась бы там и «советский патриот» должен был бы любить эту самую Эфиопию, кем бы он ни был по рождению.

Этот подход был бы правомерен, существуй на земле такой феномен как «советский человек». Однако подобных человеков не бывает в том смысле, что человек может быть «советским» по убеждениям, но не по своей человеческой природе. По природе все люди имеют биосоциальную идентичность, связанную с определенной родиной и именуемую национальностью, на которой и выстраиваются разные идеологические конструкции, советская в числе прочих.

Идеологии имеют свойство меняться с легкостью перчаток – сегодня советская, а завтра, глядишь, совсем другая. Местоположение родины при этом остается прежним. Та же Россия вчера была советской, а нынче сразу и не поймешь какая, но для русского человека она по-прежнему является его Родиной, единственной и незаменимой.

3. 2. Демократическая родина. Это то же самое, что и родина советская - социальная ересь только с противоположным, капиталистическим классовым знаком.

«Свобода и демократия» на практике означают безграничную власть денег, осуществляемую той социальной группой, в руках которой сосредоточены основные материальные ресурсы, а именно в руках буржуазии.

Либеральная идея насчет «общечеловеческих ценностей» является зеркальным отражением коммунистической пролетарской идеи в том смысле, что, игнорируя фактор «крови и почвы», оставляет человека без природной родины и позиционирует «родину» там, где лучше чувствует себя капитал. Недаром очагом «свободы и демократии» считаются США – мекка «свободного предпринимательства», которая населена людьми, искусственно лишенными рода-племени (становясь гражданином США, человек клятвенно отрекается от своей родины).

В условиях глобализации, которая есть ничто иное как планетарная диктатура транснационального финансового капитала, понятие «родина» распространяется на весь земной шар. Повсюду в мире, по замыслу глобализаторов, должны жить одинаковые «общечеловеки» без пола-возраста-национальности и, разумеется, без родины в традиционном смысле слова. Чем не модифицированная идея «всемирного государства трудящихся»? Вся-то и разница в том, что управлять планетарной конструкцией при коммунизме должны партократы, а при демократии плутократы. Людям оттого не легче, диктатура она и есть диктатура.

Таким образом, социально-патриотические ереси во всех видах губительны для народа и его родины. Они отрывают человека от той самобытной среды, которая его породила и воспитала как личность, превращая тем самым человечество в гомогенную биомассу.


4. РЕЛИГИОЗНЫЙ ПАТРИОТИЗМ 

– тот же самое, что и социальная ересь, только вид сбоку.

Ведь что такое «православная Родина» русского народа? Строго говоря, это территория, населенная людьми, исповедующими восточную версию христианства. Опять налицо отход от принципа крови и почвы.

Но как быть с русскими адептами иных конфессий или с теми, кто верит в то, что Бога нет? По крови и по почве они русские, а вот по вере не православные. Значит ли это, что Россия для них не родина? А вот православная Эфиопия для русского православного человека – родина? Бред.

Вопреки очевидной некорректности такой интерпретации понятия «родина», она весьма распространена в церковных и околоцерковных кругах – «русский значит православный». Но эфиоп тоже православный, он что, тоже русский? Чушь несусветная и вредная. Одним словом, ересь, хотя и церковная.


5. «СПАРТАКОВСКИЙ» ПАТРИОТИЗМ 

Наименование условное – для обобщенного обозначения подмены понятия «родина» вещами совершенно другого порядка.

В нарушение библейского завета «не создавать себе кумира» в групповом сознании конструируется суррогат с целью замкнуть на него естественную патриотическую энергию части социума. Обычно это популярные спортивные клубы, звезды шоу-бизнеса и т.п. Адептов таких ересей называют «фанатами».

Для фаната объект его фанатизма приоритетен по отношению ко всему остальному, Родине в том числе, по принципу «что хорошо для «Спартака» хорошо для России». В результате жизненные силы части общества, прежде всего самой пассиионарной, молодой, расходуются не на благо Родины, а на пустое «фанатение».

* * *

Все патриотические ереси губительны для нации. Они дезориентируют людей, на радость врагам России направляя их социальную энергию на защиту объектов, ложно выдаваемых за Родину. Будь то государство, отдельный регион, социальный класс, вероисповедание, спортивный коллектив или что-либо еще – ничто не должно затмевать в сознании любовь к Родине как ведущий мотив жизнедеятельности. Все это имеет право на существование, от лояльности правительству до поклонения эстрадному кумиру, но только как дополнение к натуральному патриотизму, слагаемыми которого являются кровь и почва. Иначе – ересь.



Александр Никитин
Секретарь ЦПС ПЗРК «РУСЬ»

Добавить комментарий