0 8024

О приватизации Сберегательного банка

О приватизации Сберегательного банка

Не успели мы еще прийти в себя от такого события, как ратификация протокола о присоединении России к ВТО, как на российскую экономику стала накатываться следующая волна испытаний под названием «приватизация».

В.Ю. Катасонов, проф., д.э.н., председатель Русского экономического общества им. С.Ф. Шарапова

Под планами «приватизации» скрываются хищнические устремления транснациональных банков и корпораций по мародерскому расхищению остатков стратегически важных активов российской экономики. Вчера  российские СМИ сообщили о завершении сентябрьской операции под кодовым названием «приватизация Сбербанка».  
Главный акционер Сбербанка Банк России в сентябре продал 7,58% акций Сбербанка за 5,2 миллиарда долларов (159,3 миллиарда рублей), что стало крупнейшей приватизационной сделкой в России. "Уникальность операции заключается в том, что одновременно проходили роад-шоу и во Франкфурте, в Лондоне, в Нью-Йорке, в Москве, была обеспечена значительная переподписка на акции, и в подписке не участвовали государственные агенты такие, как ВЭБ и дочерние общества Сбербанка", -  рапортовал премьер-министру Д. Медведеву первый вице-премьер Игорь Шувалов 1 октября с. г. 

Сберегательный банк – один из наиболее лакомых активов российской экономики. По капитализации он занимает среди российских компаний третье место, уступая лишь Газпрому и Роснефти и опережая Лукойл. Его привлекательность объясняется тем,  что он является крупнейшей в России депозитно-кредитной организацией, обслуживает большую часть физических лиц и очень большое количество компаний и организаций. Кроме того, его привлекательность поддерживается государством, которое фактически взяло на себя бремя покрытия возможных рисков (прежде всего, риск неплатежеспособности банка). О конкретных покупателях пакета акций Сбербанка мало что известно. Скорее всего, ими стали транснациональные банки (ТНБ) или структуры, контролируемые ТНБ. Недаром И. Шувалов сказал, что от участия в покупке акций были отсечены такие конкурентоспособные российские организации, как ВЭБ и дочерние структуры СБ. 

 Напомним, что на 01.09.2012 г. общее число акционеров Сбербанка составило свыше 244 тыс. Крупнейший акционер – Банк России, которому принадлежало 57,58% акционерного капитала. На втором месте находились  юридические лица-нерезиденты (проще говоря, иностранные компании и банки) – 33,8%.   Третье место занимали российские юридические лица – 4,1%. Остальные – частные инвесторы (физические лица), в руках которых сосредоточено около 4,5% акций. После проведения объявленной приватизации доля Банка России в акционерном капитале Сберегательного банка понизилась до 50% плюс одна акция. Примечательно, что вездесущие СМИ  хранят полное молчание о том, кто купил выставленный на продажу пакет акций. Думаю, что все досталось нерезидентам (непосредственно или через своих представителей/подставных лиц). Если мое предположение верно, то  доля нерезидентов в капитале Сбербанка повысилась до 41,2%. 
Иностранных инвесторов  такая раскладка вполне устраивает. При  ней  банк сохраняет особый статус, который позволяет ему рассчитывать на государственную помощь в кризисных ситуациях.  Кроме того, Банк России – не только акционер, но одновременно контрольно-проверяющая инстанция. Ни для кого не секрет, что Сберегательный банк нарушал и продолжает нарушать многие требования ЦБ; за такие нарушения другой коммерческий банк давно уже поплатился бы своей лицензией. В общем, не только в России, но и в мире иностранному инвестору трудно найти более комфортабельную «экологическую нишу», чем доля в капитале Сбербанка. 

Еще один аспект сентябрьской операции с акциями Сбербанка. Д. Медведев на встрече с вице-премьерами в понедельник 1 октября, комментируя доклад Шувалова о ходе приватизации, сказал: "В отношении доходов от продажи части государственного пакета Сберегательного банка РФ - я думаю, что эта идея правильная, мне министр финансов докладывал, я такого рода решение одобрил - о том, чтобы зачислить соответствующую прибыль, которая возникает от продажи, в доходы государственного бюджета". Вроде бы  бенефициарами операции оказываются бюджетники.  Но на это решение можно посмотреть и под другим углом зрения.
Первоначально правительство планировало «затыкать дыры» в бюджете с помощь наших нефтегазовых фондов – Резервного фонда и Фонда национального благосостояния. Эти фонды  сегодня входят в состав валютных резервов, находящихся в управлении Банка России. Они  размещаются на депозитах западных банков и в долговых   бумагах западных государств; фактически они работают на западные экономики. Продажа акций Сбербанка позволила оставить в неприкосновенности  валютные «заначки» страны (не секрет, что любые крупные операции по расходованию валютных резервов наши власти «согласовывают» с западными банкирами). Следовательно, наша «помощь» Западу останется на прежнем уровне. А  эта «помощь» ему  позарез нужна, т.к. тучи   кризиса сгущаются на мировой экономикой.   

Хотелось бы обратить внимание на не вполне корректную формулировку, используемую для описания  операции по продаже акций СБ. Говорится о «приватизации».  Под  ней принято  понимать смену государственной формы собственности на частную форму. В условиях России под государственной формой собственности, как правило, понимается  участие в капитале соответствующей организации (компании) Росимущества -  Федерального агентства по управлению государственным имуществом. Это ведомство, согласно российскому законодательству, выступает  уполномоченным федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции в области приватизации и полномочия собственника, в том числе права акционера, в сфере управления имуществом Российской Федерации. А в случае со Сберегательным банком мы имеем  в качестве собственника Банк России. Статус Банка России весьма неопределенный, двусмысленный, а его операции крайне «непрозрачны». Он не относится к органам государственного управления. В Законе о ЦБ (Банке России) записано, что Банк России не отвечает по обязательствам государства, а государство – по обязательствам Банка России.  
Многие эксперты справедливо отмечают, что Банк России – «государство в государстве», т.е. он не  входит ни в одну из трех ветвей власти, не подотчетен Президенту и Государственной думе, не может быть толком проверен Счетной Палатой и т.д.  Мы не можем быть уверенными, что Банк России как мажоритарный акционер Сбербанка принимал, принимает и будет принимать решения, отражающие национальные интересы страны. Если говорить о национальных интересах России, то нам необходима не «приватизация» Сбербанка (и других стратегически важных компаний), а национализация. И  наиболее приоритетным объектом национализации должен стать Центральный банк Российской Федерации (Банк России). В свою очередь, национализация Банка России позволила бы поставить под эффективный контроль и Сберегательный банк. 

Добавить комментарий