0 10510

Частные деньги как базис либерал-монетаризма и нарушение Конституции РФ

Частные деньги как базис либерал-монетаризма и нарушение Конституции РФ

Не многие знают, что банковская система устроена так, что частные банки сегодня фактически самостоятельно осуществляют денежную эмиссию в безналичной форме в обход Конституции Российской Федерации

«Крест — это символ пытки. Я предпочитаю знак доллара —
символ свободной торговли и свободного разума».

Айн Рэнд (Алиса Розенбаум), «бардесса империализма» 

Можно сколько угодно осуждать сложившуюся мир-систему, подвергая критике ставшей практически тоталитарной идеологию либерализма и элиту, ее исповедующую, но нужно осознать, что даже поменяв существующую «политическую надстройку», принципиальных изменений добиться не удастся, поскольку базис системы останется прежним.  

Критическое переосмысление «монотонного роста экономики» необходимо (заметим, что с этим призывом солидаризируется даже такой апологет либерального монетаризма, как Алан Гринспен, заявивший - «экономика не может дорасти до небес и продолжать расти дальше»), но без анализа базиса этого порочного принципа нам ничего не изменить. Очевидно, что в основе экономики либерализма лежит человеческая корысть, но как это закреплено в существующей «модели финансизма»? Для того чтобы организовать «стратегию сопротивления», необходимо разобраться с природой «бесконечного роста».  

Не так давно мы уже разбирали, что за время существования человечества было изобретено три вида управления обществом - силой, религией (идеологией) и с помощью денег. С развитием человеческого общества эволюционировало и управление, последовательно переходя от одного вида к другому, вбирая и комбинируя их между собой. Последовательно переносилась и опора на каждый из видов управления. Роль денег возрастала постоянно и сейчас их значение стало тотально определяющим. Но завышенная роль денег в управлении нарушила равновесие и обернулась их тоталитаризацией и культом - дух денег стал определять поведение социума (выдвинув при этом  специфично ориентированную социальную группу  капиталократии, которая подавила конкурентов из аристократии/милитократии, теократии, идеократии, подменив собой и демократию).  

Подчинить задачам общества всю силу денег и не стать их рабом – главная задача нашего времени. И она вполне разрешима, только нужно давать правильное целеполагание – чьи интересы защищать – общества или финансовой элиты. Сейчас мы оказались перед точкой бифуркации  - смена денежного информационного носителя и неминуемый переход с бумажных денег на чисто электронные (счетные) деньги, будет означать либо резкое уменьшение роли государства, либо огосударствление банковской системы.  
 

Базис капиталократии 

Самым доходным производством в мире является производство денег. Если раньше «эмиссия» - чеканка золотых монет,  - была малоприбыльной (поскольку сырье для того производства стоило очень дорого), то с переходом на бумажную форму денег прибыльность (сеньораж) от производства денег резко возрос (поскольку производственная стоимость носителя денежной информации у бумажных денег крайне мала, а номинальная стоимость определяется только цифрой на купюре). С введением электронных денег сеньораж стал стремиться к абсолютным 100%.   

Участвовать в производстве денег было заветной мечтой всех авантюристов на протяжении многих поколений. Только на протяжении последнего тысячелетия достаточно легко отслеживаются  их усилия по достижению своей цели –  начиная, с чеканки монет для польского королевского двора, через конторы менял, Банк Амстердама и Банк Англии, к созданию ФРС США. Глобальное распространение частных денег ФРС стало квинтэссенцией деятельности  капиталократии. Попутное убийство нескольких президентов и организация пары мировых войн не стали моральным препятствием на этом пути. Люди, управляющие миром с помощью денег, умело отвлекают внимание от реального положения. Производство частных денег, обеспечивающих супердоход их эмиссионерам, с лихвой покрывают расходы по созданию и поддержанию мифологем либерального монетаризма.  

Казалось бы, с глобальной экономикой, которая последние десятилетия выстраивалась под практически монопольный оборот денег частной банковской структуры ФРС, все понятно. Безмерная жадность или «кризис перепроизводства» частных денег финально подорвали этот проект – теперь, казалось бы, эмиссии частных денег приходит конец?  

Попробуем разобраться, что происходит с национальными экономиками других стран. И тут все не просто - зараза поразила практически всю банковскую систему. Во-первых, центральные банки абсолютного большинства стран не принадлежит государствам. Государство зачастую является лишь формальным собственником используемого центральным банком оборудования, однако правом его использования владеют частные лица - акционеры центральных банков. Во-вторых, нередко государства даже формально не владеет капиталом центробанков (США, Италия, Швейцария) или владеет им частично (Бельгия — 50%, Япония — 55%). По сути, центральный банк выполняет функции госоргана в интересах частных лиц.  

У нас уставный капитал и иное имущество Банка России являются федеральной собственностью, но при этом Банк наделен имущественной и финансовой самостоятельностью - в том числе и по владению, пользованию и распоряжению золотовалютными резервами. Он независим от правительства[1] или общества. Хотя подбор кандидатуры председателя ЦБ является прерогативой президента РФ[2], но ЦБ в своей деятельности и основных методологиях ориентируется на директивы и рекомендации Базельского комитета по банковскому надзору и МВФ – куда мы вступили как в уже давно сложившиеся структуры со своими установленными правилами и реальными хозяевами. Тезисы Киссинджера о том, что «глобальное управление в сфере финансов существует и остается поменять только политическое устройство мира» нужно воспринимать совершенно серьезно.  


Как обмануть общество и Конституцию 

Согласно ст. 71 Конституции Российской Федерации определено, что правом денежной эмиссии обладает Российская федерация, а ст. 75 конкретизирует, что «денежная эмиссия осуществляется исключительно Центральным банком Российской Федерации». Кроме того, там говориться, что «введение и эмиссия других денег в Российской Федерации не допускаются» и оговорена его основная функция — «защита и обеспечение устойчивости рубля». Попробуем разобраться, как реально обстоят дела. 

Эмиссия наличных денег действительно находится в монопольном распоряжении Центрального Банка. Но каким образом происходит эта эмиссия? 

Механизм эмиссии в России сегодня опирается исключительно на количество поступившей в страну валюты – либо от продажи сырья, либо за счет кредитов МВФ. «Конвертировав» полученную валюту Центробанк выпускает рубли («осуществляет эмиссию»). Полученные рубли правительство использует на свои цели, а приобретенные доллары ЦБ вкладывает, к примеру, в «ценные бумаги» казначейства США. Так мы поддерживаем сверхпотребление упитанных граждан США, их ВПК и науку, попутно стерилизуя долларовую инфляцию. Подобная схема эмиссии («currency board»[3]), выглядит, мягко говоря, странно, еще и потому, что: 

- имеет губительный характер ограничения роста национальной экономики, жестко связывая денежную массу только количеством проданного сырья (при этом подразумевается, что страна не обладает достаточным умственным и научным потенциалом для расчета необходимой для своей экономики денежной массы);
- автоматически подвязывает экономику к сырьевому экспорту и политике его стран-потребителей и их элит; при этом национальная валюта естественным образом становится менее привлекательной и для хранения денежных средств, в том числе и для национальной элиты, которая уводят личные авуары за рубеж, автоматически попадая под внешний контроль - все это приводит к потере национальной суверенности – если не полной, то в значительной степени;
- складывается парадоксальная ситуация: с одной стороны страна в лице премьера и президента (всячески демонстрирующих энтузиазм) бьётся за дополнительные возможности поставок своих энергетических ресурсов,  с другой стороны -  все эти усилия по получению валютной выручки сливаются вместе с суверенностью министром финансов с гастритным выражением лица через вышеозначенные пороки денежной системы страны;
- мы не просто меняем реальные ресурсы на ничего не стоящие информационные электронные записи в компьютерах иностранных банков, но и фактически отказываемся от сеньоража при эмиссии своей валюты в рамках международного разделения труда. Государство теряет получение больших доходов -  только прямые потери от такой формы эмиссии на сегодня можно оценить как минимум в 500 млрд. долларов. 

Рассмотрим еще раз этот «номер на контрастах»: с одной стороны - деньги, которые пускают в оборот, лишь нажав несколько клавиш на компьютере в ФРС США, получая при этом сеньораж  стремящийся к 100%; с другой стороны – деньги, для эмиссии которых необходимо – совершить геологоразведочные работы, разведать месторождение, заключить контракты, построить трубопроводы, пробурить скважины, начать перекачку ресурсов  и оплатить труд множества работников (получив при этом лишь часть запланированной оплаты от несостоявшихся транзитных государств). При этом те деньги, которые были получены от продажи, возвращаются в западную экономику, за что Россия получает мизерные проценты и «счастье» напечатать деньги для внутреннего потребления[4]... При этом сеньораж РФ от эмиссии своей собственной валюты фактически становится отрицательным. Т.е. денежная эмиссия идет государству в убыток, принося прибыль лишь тем странам, под приход валюты от которых мы печатаем рубли. Такова изощренная форма современного финансового колониализма, которую мы удивительным образом поддерживаем... 

Вот так у нас происходит эмиссия наличных денег, которая работает исключительно на пользу частных иностранных денег... 

Что же происходит в сфере безналичных (счетных) денег? Происходит грубейшее попрание Конституции, ст. 75 которой гласит -  «Денежная эмиссия осуществляется только Центральным Банком Российской Федерации. Введение и эмиссия других денег в Российской Федерации не допускаются». Между тем в существующей банковской системе, живущей сегодня по принципам либерального монетаризма, эмиссия счетных денег осуществляется через систему коммерческих банков посредством, так называемого механизма «банковской мультипликации». При этом Центробанк лишь осуществляет функцию денежно-кредитного регулирования через норму резервирования -  расширяя или сужая эмиссионные возмож­ности коммерческих банков. В рыночной экономике монополия ЦБ на эмиссию нарушена

Эмиссионная возможность коммерческих банков определяется величиной коэффициента мультипликации, представляющей собой отношение денежной массы на депозитных сче­тах к величине первоначального депозита и обратно пропорциональна норме отчислений в централизованный резерв. Так, если норма отчислений 2,5%, то максимальный коэффициент мультипликации будет равен 40  (1/2,5х100).  Т.е. сегодня система частных банков имеет теоретическую возможность увеличить денежную массу до 40 раз. При этом  сегодня реальный коэффициент банковской мультипликации в России равен приблизительно 3, поскольку, по мнению «профессиональных участников рынка»,  наш «финансовый рынок и его инструменты» считаются «недоразвитыми» - в нем практически отсутвуют такие виртуальные производные, как свопы, деривативы, фьючерсы  и т.д. – все те производные, которые являются «гордостью» «развитых финансовых рынков» (которые и привели экономику к текущему кризису).  

Деньги в современной их форме превратились в идеальный виртуальный товар, что обуславливает их незаинтересованность в обслуживании рынка традиционных товаров и услуг. Классическая формула Д-Т-Д’ поменялась на Д-Д’-Д”, грозя перерасти в Д-Д’-…Д””… с заменой человека на его дериватив в финале. Жонглируя виртуальными активами, умудряясь их множить, финансисты забыли о реальной экономике 

Но это еще не все -  счетные (безналичные) деньги юридически остаются частными платежными денежными документами в электронной форме, за которые государство ответственности практически не несет (страхование вкладов не в счет, поскольку оно ограниченно, не распространяется на юридические лица и текущие платежи) – в отличие от наличных, где государство отвечает не только за их выпуск, но и за верификацию. Но наличные деньги имеют высокую криминогенность и общая политика такова, что государство всячески способствует переводу денежных расчетов в безналичную форму. Что вытекает из вышесказанного?

Нарушая Конституцию, ЦБ РФ способствует наполнению экономики частными деньгами, которые эмитируют частные банки, что в первую очередь работает на усиление частного банковского капитала. 

Таким образом, в современной системе счетных денег превалируют частные банковские организации. В чем главная проблема? В том, что крупные банки, имея возможность поддерживать достаточно большую величину кредитного портфеля, тем самым поддерживают соответствующий неснижаемый размер денежной массы, который они фактически эмитируют, получая от него весь сеньораж (общество от этого сеньоража ничего не получает – разве что возможность быстрого оформления потребительского кредита в магазине, что бы вернуть банку на 50% больше). И чем больше неснижаемый портфель кредитов, тем больше банк получает сеньораж. В этом главная основа постоянного укрупнения банков и концентрации банковского капитала, стремящегося получить как можно прибыли не только с процентов по кредитам, но и сеньораж от эмиссионной деятельности. В этом основная причина диспропорционального перераспределения мировой прибыли – когда глобальный финансовый сектор получает до 60% от мировой прибыли, которые в иных условиях функционирования денежной системы могли бы получать культура, наука, медицина, образование  и иные социальные сферы.  

Итак, мы выявили одну составляющую базиса либерального монетаризма – возможности эмиссии частных денег. 
 

Вторая часть «базиса неуемной жадности финансизма»  

и «монотонного роста» экономики финансизма заключается в том, что «хранители денег» изначально поставлены в более привилегированные условия, чем реальные секторы экономики, поскольку владение деньгами, как средством накопления, несет ничтожные издержки хранения. В это же время хранение запасов (сырья для производства, продуктов питания и т.д.) совсем не так дешевы, да и любой товар, в отличие от денег, портится. Преимущества обладания деньгами с их идеальной накопительная функция дают возможность их владельцам брать плату, именуемую «ссудным процентом». Но деньги, в первую очередь, – посредник в обмене товарами и услугами и в них невозможно соединить функцию обмена и функцию накопления одновременно. Это главная ошибка экономической системы и причина всех бед.  

Деньги из универсальной меры, облегчающей форму обмен благами, превратились в абсолютный товар, неся все рыночные его свойства - «исчезают из обращения всякий раз, как возникает повышенная в них потребность, и затапливают рынок в моменты, когда их количество и без того избыточно». Подобные формы денег «могут служить лишь инструментом мошенничества и ростовщичества и не должны признаваться годными к употреблению, сколь бы привлекательными ни казались их физические качества» (Сильвио Гезелль).

Тягу к накопительству «универсального виртуального товара» можно искоренить двумя способами. Первым  – бороться с его последствиями путем насильственных ограничений и репрессий (по этому порочному пути мы уже проходили во времена военного коммунизма и «развитого социализма»). Другой путь профилактический – бороться не с болезнью, а предотвращать условия для ее возникновения. Лишить преимущества обладания деньгами можно только через введение налога на деньги (демерреджа). Таким образом, они будут тоже «портиться», как и любой другой товар. «Только деньги, которые устаревают, подобно газетам, гниют, как картофель, ржавеют, как железо, и улетучиваются, как эфир, способны стать достойным инструментом для обмена картофеля, газет, железа и эфира. Поскольку только такие деньги покупатели и продавцы не станут предпочитать самому товару. И тогда мы станем расставаться с товарами ради денег лишь потому, что деньги нам нужны в качестве средства обмена, а не потому, что мы ожидаем преимуществ от обладания самими деньгами». При этом практически вся денежная масса будет работать на реальную экономику – реальный сектор, наконец, встанет во главу угла, а финансовый будет в подчинении, перестав править миром. Подобная система не является умозрительной, доказав право на свое существование в 30-е годы прошлого века – показав увеличение скорости оборачиваемости минимум в 12 раз (И.Фишер). Тогда эта система была внедрена лишь в виде локальных валют, пока их, как конкурентов, не ликвидировали Центральные банки. Сейчас введение подобной системы становится технически возможным для территории всей страны.


Денежные революции и футурология ближайших лет 

«Будущее, научиться больше у Геззеля, чем у Маркса»
Джон Мейнард Кейнс 

Общемировая тенденция заключается в том, что в ближайшие десять-пятнадцать лет произойдет новая Денежная Революция[5]  - полный отказ от наличных денег в пользу электронных (счетных денег). Япония уже анонсировала этот переход к 2014 году. При сложившейся банковской системе это будет автоматически означать окончательную победу над обществом капиталократии - частного финансового капитала, являющегося на сегодня эмитентом счетных денег – частных денежных электронных документов.   

Понимая экономическую необходимость высокой концентрации капитала, нужно не забывать, что капитал в своей предельной концентрации всегда превращается в чистую власть. Допустить возможность концентрации власти в руках группы частных финансистов преступно - эти функции общество им не делегировало и никогда не делегирует в сознательном состоянии. Концентрация капитала возможна только в руках общества, чьи интересы может представлять легитимное государство. Но глобальной информационной системой управляет все та же капиталократия. Поэтому вопрос огосударствление финансового сектора встает необычайно остро – ситуация грозит серьезными столкновениями. 
 

Стратегия и целеполагание 

В стратегии выигрывает тот, кто устанавливает правила,
имея при этом возможность их изменять. 

Очевидно, что отказ от наличных денег неминуемо запускает процесс денежной революции, в результате которой человечество вступит в новую цивилизацию. Прогресс уже не остановить. Остается только один выход - «если не можешь бороться с процессом -  возглавь его». Быть во главе процесса или плестись в конце всегда очень важно – устанавливать свои правила или жить согласно уже кем-то установленным (сегодняшнее положение – яркий пример). Преобразование нынешней налично-счетной денежной системы России в чисто счетную позволило бы вывести Россию в ряды передовых финансово-технологических стран.  

При этом нужно помнить, что  смены денежных компонент в истории сопровождались цивилизационными конфликтами, в процессе которых возникают вопросы о выживании народов и государств. Но правильное понимание и оценка процесса, установление его изначальных параметров позволяет во многом избежать проблем. Для этого нужно пользоваться системой знаний, обеспечивающей стране то интеллектуальное превосходство, которое позволяет вырваться в глобальном соревновании вперед, а не слепо следовать мифологемам создаваемыми людьми, управляющими обществом посредством денег. Вспомним, что переход на бумажные деньги дал цивилизационному развитию новые импульсы, позволив западной цивилизации окончательно перерасти в общемировую, совершить научно-техническую революцию в течение кратчайшего исторического промежутка. Этот же период связан с появлением ФРС США, ставшей на сегодня  эмитентом глобальных денег. Нужно только правильно оценить перспективы и обратить систему знаний на пользу общества, а не узкой социальной группе.  

Поэтому базой финансовой системы электронных счетных денег должен стать только единый государственный (общественный) банк, осуществляющий собственную эмиссионную политику не подвязанную к внешней валюте. Капиталократия и «бесконечный рост» должны уйти из общественной жизни. Государство должно получать 100% сеньораж от эмиссии (и дополнительный сеньораж от компенсационной эмиссии – что при 10% демередже составит порядка $50 млрд. в год, исходя из существующей денежной массы), экономика получит нормальные условия для развития с максимально упрощенной системой налогообложения и финансового учета, а общество – высокое качество жизни и социальной защиты. 

Поэтому, если и говорить о модернизации, то необходимо говорить о модернизации через смену политэкономической формации – и не важно с какой элитой –  с существующей (если будет способной изменить приоритеты) или той, которая придет к ней на смену. Главное требование – той, которая будет в состоянии изменить функцию бесконечного накопления, повысить качество жизни и обеспечить высокую социальную защиту общества. Деньги с демерреджем способны изменить формацию общества, заменяя насилие над классом капиталократов, насилием над абстракцией – кредитным процентом (в комплексе с открытостью информации сетевого планирования в рамках «электронного правительства»,  переформатированием банковской системы в единый огосударствленный (общественный) банк и пересмотром права наследования в пользу социума). 

На днях срок Дмитрия Медведева тихо перевалил за экватор, новые выборы президента будут меньше чем через два года – пора задуматься, кто будет следующим президентом. Я проголосую за любого, кто будет готов выбить базис у капиталократии и обеспечит, наконец, исполнение основного закона - Конституции.   

Втяните живот, этим кандидатом можете стать и Вы. 

__________________________
[1] В отличии, к примеру, от ЦБ КНР, где политика банка определяется совместно с правительством страны. Удачный опыт Китая дал основание для появления выражения «Пекинский консенсус». Выражение символизирует исключительную привлекательность китайского опыта, «изучать который спешат специальные команды экономистов из таких разных стран, как Таиланд, Бразилия и Вьетнам».

[2] В Совет директоров ЦБ РФ входят Председатель Банка России и 12 членов Совета директоров. При этом Члены Совета директоров ЦБ РФ назначаются Госдумой на должность сроком на четыре года по представлению Председателя Банка России, согласованному с Президентом РФ. Таким образом, Президент подбирает кандидатуру Председателя Банка, а тот подбирает членов Совета Директоров.  

[3] «валютное управление» (вар. «валютный совет» и т.д.), такую систему в свое время МВФ рекомендовал слаборазвитым и развивающимся странам. Впервые «currency board» был применен во французских и английских колониально зависимых странах, где метрополия разрешала колонии печатать деньги только под экспорт товаров в метрополию. Через этот механизм валютного управления зависимая страна привязывалась к рынку доминирующей страны, и, таким образом, доминирующая страна так структурировала экономику колонии, чтобы она работала исключительно на нее 

[4] Разница очевидна, поэтому совершенно справедливо будет введение терминологии (А.Отырба) - «дешевые» и «дорогие» деньги. Деньги, которые эмитирует ЦБ РФ необычайно дороги. При этом, когда в условиях глобальной конкуренции государства прибегают к различным формам протекционистских мер, в том числе к дотированию,  в силу объективных причин - географических и климатических особенностей, - на продукцию, производимую на территории России, дополнительным бременем ложатся гораздо более высокие, чем у конкурентов, транспортные и энергетические издержки. Но дотируя их дорогими, заработанными на экспорте деньгами, государство может просто надорваться, так и не решив поставленной задачи, ввиду ограниченности денежной массы. Реально повысить эффективность своей экономики  государство может лишь дотируя ее дешевыми финансовыми ресурсами созданными с помощью современных финансовых технологий.   

[5] Все денежные революции (прежде всего от неверного понимания процессов), сопровождались конфликтами, уносящими миллионы жизней, но они рождали и новое глобальное мышление. Первая денежная революция - полный отказ от золотого эквивалента (во время Первой Мировой), и переход на бумажные деньги, повлекший за собой резкое усиление роли и возможностей государства, - породила менталитет этатизма. Отсюда появился не только социализм, но и фашизм, и «новый курс» Рузвельта. Здесь же лежит и причина смены «старой элиты» на новую, обладающую «зловещим интеллектуальным превосходством» (К. Поланьи), которая была способна изменить свое восприятия и выработать необходимую систему знаний. 

Переход на бумажные деньги многие ученые сочли временным (включая великого Кейнса), но весь ХХ век стал веком бумажных денег, которые стали следующим этапом в развитии институции денег и одновременно крупнейшим цивилизационным прорывом человечества, в том числе и по своему социальному значению.  XIX век, когда товары имели четкую стоимость в золотом эквиваленте, был веком классовых конфликтов. Бескомпромиссная борьба между владельцами предприятий и работниками шла за распределение четко фиксируемой в золотом эквиваленте прибыли (что было описано К.Марксом и чем воспользовались большевики).  В XX веке (веке бумажных денег) эти классовые противоречия существенно потеряли в своей остроте, поскольку оказалось возможным снимать остроту конфликта, поднимая зарплату - владелец предприятия стал постепенно завышать цену товара, увеличивая и свою прибыль, поскольку четкого золотого эквивалента этой прибыли не стало (В.Юровицкий).  

Первая денежная революция решила проблемы только в области внутренних денег. Потребовалась Вторая денежная революция, произошедшая в ходе Второй Мировой войны, которая решила проблемы международных финансовых взаимоотношений в условиях чисто бумажных денег, окончательно оформленная к началу 70-х в результате применения квазисиловой концепции «управляемого хаоса» (П.Бак, К.Визенфельд).  Классический колониализм, сменился в XX веке финансовым империализмом - эксплуатация одних государств другими происходит через мировую финансовую систему, изредка подкрепляя механизмом военного насилия. Так был закреплен переход от менталитета этатизма к менталитету финансизма. Но в экономике ничто не вечно, так постепенно возник кризис бумажных денег. Затраты на золотое обращение были приемлемы для миллионов пользователей, затраты на бумажные деньги оправданы до миллиарда пользователей. Сегодня финансовых лиц в мире десятки миллиардов. Электронное денежное обращение требует на порядки меньше затрат природных и человеческих ресурсов.  

(статья 2010 года)

Добавить комментарий