0 5362

Десять видов оружия конкурентной борьбы: как Россия готовилась к вступлению в ВТО.

Десять видов оружия конкурентной борьбы: как Россия готовилась к вступлению в ВТО.

На протяжении восемнадцати лет наши власти вели переговоры о присоединении России к ВТО... Надо полагать, что столь длительный период переговоров был необходим нашим властям для того, чтобы максимально подготовить нашу экономику к условиям жесткой конкуренции в «джунглях» капиталистического рынка.

В.Ю. Катасонов, проф., д.э.н., председатель Русского экономического общества им. С.Ф. Шарапова
 
Десять видов оружия конкурентной борьбы: как Россия готовилась к вступлению в ВТО. (Статья 3)
В двух предыдущих статьях, посвященных современной конкурентной борьбе на мировых рынках, я дал описание основных десяти методов (видов оружия) такой борьбы и постарался кратко показать, как эти методы использовались и продолжают использоваться против России.  Я уже говорил, что на протяжении восемнадцати лет наши власти вели переговоры о присоединении России к ВТО и летом текущего года планируют завершить этот процесс ратификацией соответствующих документов в Государственной думе. Надо полагать, что столь длительный период переговоров был необходим нашим властям для того, чтобы максимально подготовить нашу экономику к условиям жесткой конкуренции в «джунглях» капиталистического рынка. Предлагаю посмотреть на результаты этой подготовки с точки зрения того, насколько нам удалось  оснастить наши российские компании десятью видами оружия, о которых мы вели разговор.
 
1. Экспортные кредитные агентства (ЭКА). Напомним, что данный вид оружия имелся в арсенале  Советского Союза. Кредитование экспорта машин, оборудования и транспортных средств осуществлялось Банком для внешней торговли СССР, а с 1987 года – Банком внешнеэкономической деятельности СССР (Внешэкономбанк). Страхование внешнеторговых сделок проводило страховое общество «Ингосстрах». В конце 1980-х - начале 1990-х гг. эта система государственной поддержки экспорта была разрушена. Затем началось ее восстановление практически «с нуля».

В 1994 году было принято правительственное решение о создании закрытого акционерного общества "Государственный специализированный Российский экспортно-импортный банк" (ЗАО "Росэксимбанк"), которое получило статус агента Правительства Российской Федерации по осуществлению государственной финансовой (гарантийной) поддержки экспорта промышленной продукции. Вскоре был открыт офис банка, однако никаких значимых операций по поддержке промышленного экспорта на протяжении многих лет он так и не осуществил. Банк был создан в основном «для галочки». Прикрываясь весьма солидной вывеской, «Росэксимбанк» занимался банальными банковскими операциями на внутреннем рынке.

И это при том, что экономический и коммерческий эффект от государственной поддержки экспорта промышленной продукции мог быть очень высоким. В одной из публикаций председатель правления «Росэксмибанка» Н. Гаврилов приводил   расчеты, согласно которым 1 доллар государственной поддержки  создавал экспортные доходы российских производителей машин и оборудования в размере 6,3 доллара (Н. Гаврилов, И. Беляков. Государственная поддержка промышленного экспорта в России. Вопросы экономики, №3, 2007). Решений и постановлений по поводу государственной поддержки российского экспорта с момента создания «Росэксмибанка» принималось бесчисленное количество. Однако все это была бумажная возня. Перечисление одних только названий готовившихся и принимавшихся документов (концепции, программы, проекты постановлений правительства и т.п.) заняло бы несколько страниц Для того, чтобы тот же самый «Росэксимбанк» заработал, необходимо, по крайне мере, два условия: 1) выделение значительных сумм в бюджете для финансирование гарантий банка; 2) серьезная капитализация банка. 

Вот величины уставных капиталов экспортно-импортных банков некоторых стран по состоянию на  середину прошлого десятилетия (млрд. долл.): Япония – 9,3; Южной Кореи – 2,3; США – 1,0; Китая – 0,6.  А уставной капитал Росэксимбанка в это время составлял всего 40 млн. долл.   Уставные капиталы экспортно-импортных банков даже в таких странах, как Турция, Индия, Словакия и Венгрия были больше, чем у нашего «Росэксимбанка».

А вот какова ситуация с выделением средств на ГКЭ в бюджете РФ.   Председатель  правления Росэксимбанка Н. Гаврилов писал: «По оценкам Минэкономразвития России, на финансовую поддержку экспорта в развитых странах тратится в среднем 0,35% ВВП. В российском бюджете на 2006 г. на эти цели было предусмотрено 0,15% ВВП, фактически же была использована лишь часть выделенной суммы» (там же). По данным сайта Росэксимбанка, на сегодняшний день (т.е. за 18 лет деятельности банка) общий объем выданных банком гарантий по экспорту составил 1,4 млрд. долл. В расчете на год получается  менее 80 млн. долл.

Что касается второго элемента системы ГКЭ – страхования экспортных сделок, то здесь ситуация еще более печальная. «Ингосстрах» превратился в банальную коммерческую структуру, которая не имеет ни желания, ни государственной финансовой поддержки для того, чтобы покрывать многие риски, сопряженные с экспортом промышленной продукции из России. В 2007 году функция экспортного страхования была возложена на Внешэкономбанк (ВЭБ), который получил статус банка развития. Однако ВЭБу было не до страхования. Во-первых, он начал в очередной раз реорганизовываться в связи со своим новым статусом. Во-вторых, вскоре в России начался кризис, и все силы ВЭБа были брошены на спасение российских банков и крупных компаний. Наконец, 28 июля 2010 г. на заседании Наблюдательного совета ВЭБ принято решение о создании российского  государственного агентства по страхованию экспортных кредитов и инвестиций в форме открытого акционерного общества со 100% участием Внешэкономбанка в его уставном капитале.

Прошло еще почти полтора года и в конце 2011 года вышло постановление правительства о создании  ОАО «Российское агентство по страхованию экспортных кредитов и инвестиций» (ЭСКАР) как дочерней структуры ВЭБа. Однако, на сегодняшний день ЭСКАР к практической работе не приступал.  
 Согласно западным источникам, наибольшие объемы государственного страхования экспорта имели следующие страны (млрд. долл., 2009 г.): 1) Китай – 60; 2) Франция – 30; 3) США – 17; 4) Индия – 15; 5) Германия – 13; 6) Италия – 10; 7) Бразилия – 10; 8) Япония - 5; 9) Канада – 5; 10) Великобритания – 3.  России, как видно, нет в первой десятке стран. Думаю, что ее не будет и во второй десятке. В лучшем случае она может оказаться в третьей десятке. Судя по разрозненным данным, объемы государственного страхования экспорта в России исчисляются не миллиардами, а десятками миллионов долларов.

Что касается объемов государственного кредитования экспорта, то России также не грозит попадание ни в первую, ни во вторую десятку стран.   По объемам экспортного кредитования со  странами Запада начинают все более агрессивно конкурировать страны БРИК. Мы уже говорили о масштабных программах государственной кредитной поддержки экспорта в Китае. Но и Индия и Бразилия также вышли на уровень ряда стран Запада. Например, по данным Эксимбанка США (US Exim Bank Competitiveness Report, 2008), среднесрочные и долгосрочные официальные государственные кредиты составили в 2007 году (млрд. долл.): 1) Китай – 38,0; 2) Канада – 18,2; 3) Франция – 13,0; 4) Италия – 11,0; 5) США – 8,2; 6) Германия – 7,8; 7) Бразилия – 7,0; 8) Индия – 4,4; 9) Великобритания – 3,6; 10) Япония – 0,9.

А вот Россия, числящаяся в БРИК, имеет уровень государственной кредитной поддержки экспорта, исчисляемый лишь десятками миллионов долларов, причем она осуществляется лишь в форме банковских гарантий частных экспортных кредитов. Например, в 2009 г. государственные гарантии экспортных кредитов в РФ составили 282 млн. долл., а в 2010 г. – 97,2 млн. долл. (см: «Государственные гарантии для экспорта отечественной промышленной продукции» // журнал «Бюджет», июль 2011).  

Какие же суммы необходимо выделять российскому государству для того, чтобы «держать удар» со стороны конкурентов на мировом рынке промышленной продукции?  Председатель правления «Росэксимбанка» Н. Гаврилов  привел данные об относительных уровнях государственных затрат на поддержку экспорта в виде гарантий, кредитов и страхования  (в % ВВП) по трем странам - Великобритании, Китаю и Японии в 2004 г.  
Табл. 1. Относительные объемы государственной поддержки экспорта в Великобритании, Китае и Японии в 2004 г. (% ВВП)
 
Гарантии экспортных кредитов и страхование экспорта
Экспортные кредиты, включая субсидирование процентных ставок
Всего
Великобритания
0,36
0,03
0,39
Китай
0,80
0,51
1,31
Япония
2,30
0,39
2,69
Источник: Н. Гаврилов, И. Беляков. Государственная поддержка промышленного экспорта в России. Вопросы экономики, №3, 2007.
 
Можем прикинуть, во что России в 2011 г. обошелся бы в абсолютном выражении каждый из трех «эталонов» (японский, китайский, английский). Для расчетов будем исходить из официальных данных о ВВП России в 2011 г.  (примерно 54 триллиона рублей), а также валютного курса: 1 долл. США = 30 руб. Результаты расчета представлены в:    

Табл. 2. Оценка  потребностей в финансовых средствах для  государственной поддержки экспорта в России в 2011 году
 
«Эталон Великобритании»
«Эталон Китая»
«Эталон Японии»
Млрд. руб.
Более 200
Более 700
1.450
Млрд. долл.
6,7
23,5
48,3
 
Для справки сообщу, что в бюджетах на 2011 и 2012 гг. на все виды государственной поддержки экспорта зарезервированы средства в размере 3 млрд. долл. Но, во-первых, это все равно в два с лишним раза меньше, чем величина потребностей, рассчитанная даже по минимальной планке («эталон Великобритании»). Во-вторых, и это самое главное: «обещать жениться – не значит жениться». Фактическое выделение средств министерством финансов, как признают специалисты, работающие в этой сфере, в отдельные годы было  на порядок меньше величины резервируемых лимитов.  
2. «Связанные» международные кредиты. В СССР данное средство стимулирования отечественного экспорта машин, оборудования и транспортных средств было весьма развито. Советский Союз предоставлял «связанные» кредиты странам социалистического лагеря и многим развивающимся странам.  Некоторые из них благодаря этим кредитам проводили индустриализацию и политику замещения импорта западных товаров.

В первые годы существования РФ величина таких кредитов быстро упала до нуля. В принятом Государственной Думой в 1998 году Бюджетном кодексе РФ имеется ряд статей, которые предусматривают возможность предоставления правительством РФ кредитов другим государствам. Определены две формы таких кредитов: 1) государственные финансовые кредиты; 2) государственные экспортные кредиты (статья 122 Бюджетного кодекса РФ). О второй форме государственного кредита мы сказали выше: реальные масштабы таких кредитов крайне малы и исчисляются суммами в десятки миллионов долларов в год.

Про государственный финансовый кредит сказано, что он «представляет собой форму бюджетного кредита, при которой Российская Федерация предоставляет денежные средства иностранному заемщику в объеме и на условиях, предусмотренных соответствующим соглашением между Правительством Российской Федерации и правительством иностранного государства» (статья 122). Авторы Бюджетного кодекса не рискнули включить требование о том, что финансовые кредиты другим государствам должны носить «связанный» характер, перенеся ответственность на тех, кто будет готовить и подписывать соглашения с другими государствами. Статьи федеральных законов о бюджете РФ на очередной год, касающиеся государственных финансовых кредитов другим странам, засекречены. Впрочем, размеры государственных финансовых кредитов, судя по всему, крайне не велики. Согласно статистическим данным Банка России, относящимся к платежному балансу РФ,  в 2011 году кредиты органов государственного управления другим странам составили всего 164 млн. долл. Даже если предположить, что все эти кредиты были на 100% «связанными», общая их сумма ничтожна.

Есть еще негосударственные кредиты и займы, которые предоставляют наши банки и компании заграничным клиентам. Согласно данным Банка России, сумма таких кредитов и займов в 2011 году составила более 31 млрд. долл., причем кредиты банков были равны 25,7 млрд. долл., а займы компаний – 15,5 млрд. долл. Вряд ли частные кредиты и займы, предоставленные заграницу, носили ярко выраженный «связанный» характер. Согласно данным Банка России, более 1/3 кредитов и займов носили краткосрочный характер, обслуживали помимо всего разного рода финансовые спекулятивные операции. Долгосрочные кредиты и займы в значительной мере использовались для налоговой «оптимизации» российского бизнеса (через оффшоры) и безвозвратного выведения капитала из страны. В лучшем случае не более 10% частных кредитов и займов могло иметь «связанный» характер, а это для стимулирования российского экспорта крайне мало.
 
3. Товарные биржи. Исходя из того, что я говорил в предыдущих статьях, можно заключить, что российские компании не имеют возможности управлять ценами на мировых рынках биржевых товаров. Хотя Россия занимает первое место по добыче и экспорту нефти и природного газа, она так не приобрела контроля над рынками данных товаров. Проект создания в Петербурге крупной биржевой площадки для торговли «черным золотом» (причем за рубли, а не доллары) оказался всего лишь «прожектом».  Кроме «черного золота» есть еще некоторые ресурсы, на цены которых российские производители могли бы оказывать влияние. Так, в 70-е – 80-е гг. СССР  был влиятельным участником на рынках золота и металлов платиновой группы.  Нынешний «Норильский никель», являясь монополистом в области добычи платины, тем не менее, не  обладает возможностями эффективно влиять на цены на рынке данного металла. Мировая финансовая олигархия создавала товарные биржи как оружие управления на протяжении  очень продолжительного времени. Совсем не уверен, что России следует слепо копировать этот опыт. Но вот эффективные средства защиты от западных биржевых спекулянтов Россия могла бы создать за время ведения переговоров. Но этого сделано не было.
 
4. Фондовые биржи. То же, что сказано о товарных биржах, вполне относится и фондовым биржам. Т.е. создать России фондовые биржи как инструмент управления мировыми финансами за короткие сроки не представляется возможным и целесообразным. Возня наших властей вокруг проекта превращения Москвы в мировой финансовый центр вызывает полное недоумение и порождает вопросы относительно умственного состояния авторов данного проекта. Это что-то наподобие проекта «Нью-Васюки – мировая столица шахмат», провозглашенного незабвенным Остапом Бендером. А вот  организовать защиту от манипуляций крупнейших зарубежных фондовых бирж  Россия вполне могла бы за короткие сроки. Например, введя ограничения на операции на зарубежных фондовых рынках с ценными бумагами, выпущенными российскими эмитентами. Равно как и на операции  нерезидентов на российском фондовом рынке.
 
5. Мировые рейтинговые агентства.  Даже некоторые российские руководители высказывали критические замечания в адрес мировых рейтинговых агентств. Во время финансового кризиса 2008-2009 гг. наши власти заявили о необходимости вывести российскую экономику из-под контроля со стороны мировых рейтинговых агентств, создать авторитетные национальные рейтинговые агентства и переориентировать российские компании и банки на использование рейтингов этих агентств. До сих пор, однако, авторитетных независимых национальных рейтинговых агентств в  нашей стране не существует. Банк России, например, при осуществлении своих операций продолжает пользоваться оценками мировых рейтинговых агентств.
 
6. Средства массовой информации (медиахолдинги).  Имеется множество доказательств тому, что российские СМИ крайне не самостоятельны, зависят от мировых информационных агентств, медиахолдингов и иностранного капитала.  Формально российское законодательство лишает лиц, не являющихся гражданами Рос­сии, лиц без гражданства, не проживающих постоянно в Россий­ской Федерации, прав на учреждение СМИ. Однако, это не означает, что иностранный капитал  не может устанавливать свой контроль над российскими СМИ. Для этого он использует различные  обходные пути: 1) использование в качестве учредителя подставного лица, имеющего российское гражданству; 2) основание совместного периодического издания. Нередко такое издание является приложением к российской газете или дру­гому СМИ (русскоязычное прило­жение к еженедельнику «Московские новости» - дайджест «Нью-Йорк Таймс»; «Финансо­вые известия», выходившие как приложение к «Известиям»); 3) выпуск русскоязычного варианта зарубежного издания. договариваясь с российскими бизнесменами, выступающими и роли учредите­лей (например, «Бурда» и «Лиза», выходящие при поддержке немец­кой издательской компании Бурда, «Эль»); 4) нерезиденты - основатели периодических изданий на английском и других иностранных языках. Они рассчитывают на читателей-иностранцев, находящихся на территории России и других государств СНГ, а также на россиян, изучающих иностран­ные языки или контактирующих с зарубежными бизнесменами (например, «Москоу таймс»); 5) деятельность крупнейших зарубежных ин­формационных агентств (например,  английское агентство Рейтер, его представительство в России использует новейшие информационные технологии и про­дает свою продукцию редакциям общенациональных и региональ­ных газет, телерадиокомпаниям и другим СМИ).
Еще в 2004 году в учебнике по экономике СМИ было констатировано: «Роль иностранного капитала в российском информационном бизнесе постепенно возрастает. Он проникает в разные сегменты информационного рынка, конкурируя с отечественными инфор­мационными компаниями» (Гуревич С.М. Экономика отечественных СМИ. Учебное пособие для ВУЗов. – М.: Аспект Пресс, 2004). Сегодня, через восемь лет ситуация стала еще более удручающей.  Позиции СМИ, которые стремятся проводить национальную политику, стали еще слабее. Именно в силу прозападной ориентации «российских» СМИ население России либо вообще не знакомо с проблемой присоединения России к ВТО, либо воспринимает ее в искаженном виде. Что касается влияния российских СМИ на мировое информационное пространство, то оно ничтожно.  
7. Финансово-промышленные группы. В ноябре 1995г. Государственная Дума приняла Закон Российской Федерации “О финансово-промышленных группах”.  Уже в 1995 г. возникла 21 ФПГ. К началу 1998 г. их число превысило 80. По состоянию на 1 июня 2003 г. в  России из 100 созданных и зарегистрированных ФПГ, официальный статус сохраняют 89 групп, в том числе 15 транснациональных. Иностранные участники были представлены, прежде всего, предприятиями из стран СНГ.  В составе групп действовало более 1400 юридических лиц, в том числе, более 100 банков. Численность работников  предприятий и организаций, входивших в ФПГ, - свыше 1,3 млн. Годовой оборот продукции участников групп составляет более 10% ВВП (Цветков В. Финансово- промышленные группы: накопленный опыт и тенденции развития // Экономист. 2004. № 3). Следует отметить, что многие финансово-промышленные группы с тех времен были ликвидированы или сохраняют свое существование на бумаге. Реального сращивания банковского и промышленного капитала не произошло по той причине, что ФПГ были в первую очередь ориентированы не на наращивание производственного и экспортного потенциала, а на выведение капитала из страны. Сохранившиеся российские ФПГ по своим параметрам не идут ни в какое сравнение с ФПГ Западной Европы, Северной Америки, Японии и Китая.

Чтобы понять «весовую» категорию российским компаний, можно воспользоваться результатами рейтингов журнала «Форчун». В рейтинге 500 крупнейших компаний мира (Fortune Global 500) за 2011 год по объемам продаж (оборотов) наибольшее количество компаний было из следующих стран: США (133 компании), Японии (68), Китая (61), Франции (35), Германии (34), Великобритании (30), Швейцарии (15), Южной Кореи (14), Голландии (12), Канады (11), Италии (10).  Количество российских компаний – всего 7. По данным  журнала, самую высокую позицию из российских компаний в первой сотне занял "Газпром", который находился на 35 месте. Далее следовали  "ЛУКОЙЛ"  (69 место), "Роснефть" (179 место), ТНК-BP  (235 место), Сбербанк (298 место), АФК "Система" (342 место), "Сургутнефтегаз" (496 место).  Как видим, 6 из 7 российских компаний представляют нефтегазовый сектор экономики.  Наши доморощенные ТНК продвигают на мировой рынок не высокие технологии и даже не продукцию обрабатывающей промышленности и банальное сырье.

8. Международные картельные соглашения.  Нам известна лишь одна попытка со стороны руководства России по укреплению позиций страны на мировом рынке с помощью картельного соглашения. Речь идет о создании так называемого «газового ОПЕК» - легального картельного соглашения между основными производителями и экспортерами природного газа. Процесс был начат в 2001 г., когда в Тегеране была проведена встреча министров по вопросам энергетики основных стран-производителей газа. В 2008 году сформировался Форум стран-экспортеров газа (ФСЭГ). Цель Форума – координировать объемы добычи и экспорта газа и контролировать уровень цен на него на мировом рынке. Т.е. речь идет о создании организации, подобной ОПЕК, которая делает то же самое в отношении нефти (кстати, Россия в ОПЕК не входит). Следует иметь в виду, что у данного проекта имеется серьезный противник в лице США, которые всячески препятствуют созданию картеля.  Пока необходимой степени координации действий стран-производителей и экспортеров газа добиться не удалось. Да и на роль лидера в картеле помимо России претендуют также другие страны (достаточно сказать, что Россия предлагала для размещения штаб-квартиры ФСЭГ Санкт-Петербург, а  участниками Форума окончательный выбор был сделан в пользу столицы Катара – Дохи).

9. Финансово-экономическая поддержка государством компаний-экспортеров товаров и услуг. В государственном бюджете РФ   находят свое отражение ряд федеральных целевых программ (ФЦП), объединенных в блок «Национальная экономика». Ассигнования на программы этого блока составили 612 млрд. руб. в 2011 году. Валовой внутренний продукт в указанном году, по  оценкам, опубликованным в апреле с.г., составил 54 трлн. 586 млрд. руб. Получается, что бюджетные расходы на целевые экономические программы составили примерно 1,1% ВВП. Даже если представить, что все государственные расходы по программам блока «Национальная экономика» представляли собой прямое и скрытое субсидирование производства экспортных товаров, то и в этом случае получается, что относительный уровень субсидирования российского экспорта составил немного более 1%. Но,  далеко не все расходы в рамках ФЦП представляют собой субсидирование производства.  А если и происходит субсидирование, то субсидируются не только экспортные производства. 
Мы выше уже приводили сравнительные данные по России и Китаю, касающиеся государственного субсидирования экономики, в первой относительный уровень субсидий в настоящее время составляет 0,7% ВВП, во второй – 7% ВВП, т.е. на порядок больше. Про оценку по Китаю мне трудно что-либо сказать, а вот по России оценка 0,7% ВВП мне кажется даже несколько завышенной. Для сравнения приведу оценки степени субсидирования экономик ряда стран, входящих в Европейский союз, в 2009 году (% ВВП): Великобритания – 7,93; Германия – 4,85; Швеция – 3,80; Франция – 2,22; Финляндия – 1,22. В целом по 27 странам-членам ЕС показатель составил  3,62 % (Перепелкин В.А. Сокращение масштабов субсидирования экономики как причина ускоренного роста сектора услуг // Вопросы экономики и права, 2011, №4). Правда, автор, приводящий эти оценки, уточняет, что год был кризисный и значительная часть субсидирования экономики стран ЕС представляли собой различные формы антикризисной помощи. В этой связи можем напомнить, что из государственного бюджета РФ на антикризисную помощь реальному сектору российской экономики в 2009 году было выделено 798 млрд. руб., что по отношению к ВВП составило около 2 процентов.  В общем, Россия, как ни крути, отстает как от своих восточных, так и западных конкурентов по относительному уровню субсидирования производства. А ведь мы еще не вступили в ВТО, и имеем право распоряжаться без каких-либо ограничений таким инструментом, как субсидирование отечественного товаропроизводителя.   
 
10. Поддержка государством экспансии частных компаний на мировых рынках с помощью военной силы, дипломатических средств и с использованием возможностей спецслужб. Очевидно, что использование военной силы для завоевания внешних рынков - неприемлемый для России инструмент. А вот какие-то функции охраны и защиты наши вооруженные силы могли бы выполнять (например, охраны экспортных грузов в условиях растущей угрозы со стороны пиратов и террористов). Но эти вопросы руководством нашей страны даже не обсуждались. 
Позиция нашего МИДа в вопросах содействия продвижению экономических интересов России крайне вялая и пассивная. Впрочем, с какой стати наше внешнеполитическое ведомство должно беспокоиться о прибылях российских олигархов? Что касается наших спецслужб, то они себя никак не проявили за истекшие годы в деле защиты и продвижения интересов российских  компаний за рубежом. Впрочем, здесь возникает такой же законный вопрос: с какой стати наши разведчики и контрразведчики должны беспокоиться об интересах наших олигархов? Короче говоря, военно-политическая поддержка со стороны нашего государства российских частных компаний была чисто формальной, данное оружие по-настоящему задействовано не было.

Единственное направление российского экспорта, которое получало ощутимое содействие со стороны военного и дипломатического ведомств, а также со стороны спецслужб, - поставки оружия и иных товаров военного назначения по линии «Рособоронэкспорта».  В 2012 году Россия достигла рекордного объема военного экспорта – около 12 млрд. долл.  Однако дальнейшие перспективы этого направления нашей внешнеэкономической экспансии весьма туманны. Если на конец 2010 года портфель заказов «Рособоронэкспорта»  составлял 38,5 млрд. долл., то в конце прошлого – уже только 33–35 млрд. долл. И дальше будет еще меньше (И. Гладилин. Россия теряет традиционные мировые рынки оружия // km.ru 19.04. 2012).
 
В заключение можно сказать, что российские власти в течение 18 лет ведения переговоров о присоединении нашей страны к ВТО практически ничего не сделали для того, чтобы, вступив в эту организацию, Россия могла   активно наступать на фронтах международной торговли и одновременно обеспечивать надежную защиту внутреннего рынка. А если говорить жестче, то наши власти в течение всего этого времени осуществляли постепенное, но верное разрушение нашей экономики. Для того, чтобы в 2012 году Россия, обессиленная и безоружная, оказалась на пороге ВТО. В таком качестве она станет идеальным объектом эксплуатации со стороны главных «акционеров» этого общества. Я подчеркиваю, она станет не членом, а  объектом ВТО, потому что истинное название этой организации – «всемирная тирания олигархата».
 
В трех статьях я говорил о различных видах наступательного  оружия, используемого в международной конкуренции.  В любых войнах эффективность использования оружия, успех наступательных операций на фронте в значительной степени зависят от состояния тыла. В международной конкуренции, торговых войнах у  компаний-экспортеров также имеются тылы. Эти тылы – государство и денежно-кредитная система страны экспортера. Успехи крупнейших транснациональных корпораций на мировых рынках в значительной мере объясняются тем, что они опираются на поддержку мощных банков. Вот об этих денежно-кредитных тылах международной конкуренции мы и поговорим в следующей статье. 

Добавить комментарий