05:29 Пт, 30 Сентябрь
RSS Добавить в избранное

Демографическая революция в Европе: миграция как орудие глобализации

Демографическая революция в Европе: миграция как орудие глобализации

Сегодня наиболее глубокие исследователи «европейской интеграции» указывают, что она ведёт к такой серьезной перекройке европейского пространства, которую можно назвать настоящей геополитической революцией. Истинной целью её является демонтаж национально-государственных образований и устранение политических границ

Наиболее глубокие исследователи «европейской интеграции» указывают, что она ведёт к такой серьезной перекройке европейского пространства, которую можно назвать настоящей геополитической революцией. Истинной целью её является демонтаж национально-государственных образований и устранение политических границ для обеспечения свободного перемещения транснационального капитала и закрепления контроля с его стороны за ключевыми зонами континента. Однако эта геополитическая революция сопровождается не менее глубокой революцией в сфере демографии, которую учёные называют «демографической катастрофой».
В последнее время относительное падение демографического веса Европы в мире стало превращаться уже в абсолютное. Регион прекратил воспроизведение своего населения вследствие  крайне низкого уровня рождаемости.  Его средний показатель  составляет в настоящее время 1,5, тогда как для сохранения текущей численности населения  требуется уровень как минимум 2,1.  Как указывают демографы, это не просто  нулевой прирост населения (НПН), это уже  нулевое население (НН). А. Рар, директор отдела России и СНГ Германского совета внешней политики, высказался по этому поводу совершенно определённо: «Мы на перепутье, и трудно сказать, куда это приведёт… Да, можно сказать, что «белая раса» вымирает…В открытую вести такие обсуждения пока сложно, потому что есть электорат».
По данным Комиссии по демографии Совета Европы, если в 1960 г. люди европейского происхождения составляли 25% мирового населения, в 2000 г. – 17%, то через 40 лет они будут составлять не более 10%.  В 2000 г. население Европы насчитывало 728 млн., к 2050 г.,  при сохранении текущего уровня рождаемости и без учёта иммиграции, оно будет насчитывать 600 млн. Европа потеряет к этому времени столько жителей, сколько населяет Германию, Польшу, Данию, Норвегию, Швецию и Финляндию вместе взятые. В последний раз столь значительное сокращение европейского населения наблюдалось только во время эпидемии чумы в 1347-1352 гг. Особенно серьёзная ситуация в Германии, где к 2050 г. население может сократиться с  82 до 59 млн. человек.
Соответственно, меняется и возрастная структура населения. С 2003 по 2011 г. произошло значительное ускорение старения населения. Через 40 лет число детей до 15 лет сократится на 40%, а треть населения будут составлять люди старше 60 лет (в наиболее развитых странах каждому десятому будет за 80). Соотношение молодых людей и людей среднего возраста к пожилым будет 2:1.  
 Происходящие перемены уже сейчас бросают серьёзный вызов способности ЕС сохранить сложившуюся социальную цельность. Поскольку число детей сокращается быстрее, чем число трудоспособного населения, рабочих рук будет катастрофически не хватать, что поставит под вопрос само сохранение системы социального обеспечения.  Пока в Европе ещё работают те многочисленные поколения,  которые были рождены на демографическом буме после второй мировой войны, и это делает возможным поддержание высоких социальных стандартов. Но когда они уйдут на пенсию, ситуация коренным образом изменится, так как сокращение работоспособного населения станет катастрофическим. Поэтому судорожные действия европейских политиков, направленные на повышение пенсионного возраста и пересмотр схем поддержки инвалидов и пенсионеров,  связаны с попыткой задержать на максимально возможный срок падение высокого уровня стандартов и потребления,  за которым неизбежно последует его быстрый обвал 
 
 Демографические показатели по оценкам ЦРУ, 2011. http://rusmir.in.ua/rus/2476-vymiranie-evropy.html В этих условиях важнейшим фактором предупреждения такого обвала становится постоянный приток иммигрантов. Как указывал пресс-секретарь Международной организации по миграции Жан-Филипп Шози, «без легальных иммигрантов европейцам придётся удлинить свой рабочий день, уходить на пенсию в более солидном возрасте и, возможно, лишиться части государственной пенсии и оплаченных медицинских услуг, а всё потому, что меньшее число работников будет платить налоги и поддерживать социальную систему». В одном из секретных докладов французского правительства ещё в начале 2000-х гг., например, указывалось, что у Европейского союза нет альтернативы призванию 75 млн. мигрантов. При этом французские эксперты признавали, какие это породит проблемы в создаваемом расовом обществе-гибриде. 
Миграционная ситуация в Европе приняла крайне острый характер в силу того, что на неё наложился религиозный фактор. В итоге миграция и ислам слились здесь в единую проблему, которая назревала подспудно.  
Наиболее мощный поток мигрантов хлынул в Европу в конце 80-х – начале 90-х  гг. , будучи обусловлен общемировыми геополитическими переменами, дестабилизацией мирового рынка труда и переходом бизнеса к нео-либеральной стратегии.  Миграционные потоки приобрели стихийный характер, а самих мигрантов стали рассматривать как беженцев. В настоящее время на европейском континенте ежегодно официально ищут убежище около 400 тыс. человек, а через различные нелегальные каналы  сюда  выезжает  более 500 тыс. мигрантов. Общая численность нелегальных мигрантов в Европе, по разным оценкам, составляет от 5 до 7 млн. человек. Это приблизительные оценки, так как  официальной европейской статистики о численности нелегалов не существует. Наибольшее число незаконных иммигрантов  сосредоточено во Франции, Германии, Италии, Испании, в каждой из которых их  насчитывается до 1-1,5 млн., а ежегодно число возрастает на 100 тысяч. Основной поток их шёл и продолжает идти из Северной Африки через Марокко и Гибралтар в Испанию, а оттуда – в другие страны вплоть до Нидерландов. Другой поток направляется из Турции и Курдистана через Грецию и Албанию в Италию. Так что Италия и Испания  являются главным «перевалочным пунктом». Рекордным для Европейского союза в этом плане стал 2011 год, год «арабских революций», когда только за первые девять месяцев было зафиксировано почти 113 тысяч незаконных пересечений границ ЕС.
       В итоге общая численность мигрантов-мусульман в Европе уже к 2000 г. резко возросла, и хотя точно определить её невозможно (в официальных опросах во многих европейских странах религиозная принадлежность не учитывается),  по данным различных организаций, их от 15 до 25 млн. человек. Наибольшее число  их  во Франции (до 8 млн. человек, 9% населения), в Германии (от 3 до 3,5 млн., 4%), в Великобритании (3,3 млн., 4%), в Нидерландах (1 млн., 5%).
Но как бы ни расходились данные, речь идёт об интенсивном процессе превращения мигрантов-мусульман  в  важнейший элемент европейского общества, начавшего работать на его дезинтеграцию.  
Поскольку плодовитость мусульман в два-три раза превышает плодовитость европейцев, численность их через 20-30 лет удвоится, что крайне обострит этнодемографические проблемы. Очень характерна в этом отношении ситуация в Великобритании. Численность  мусульман – выходцев из Пакистана, Индии и Бангладеш, оценивается здесь в 2 млн. человек, причём  численность родившихся уже в самой Англии составляет не менее 50% этого числа. По данным демографов, средняя семья из Индостана имеет 5 членов против 2,4 у британцев, и в настоящее время азиатское население здесь насчитывает больше людей моложе 16 лет, чем белое население, так что в скором времени оно должно удвоить свою численность.    
Для любого демографа является аксиомой, что если миграция продолжается в больших масштабах в стране, где коренное население не воспроизводится, это ведёт к глубокой модификации этнической структуры и может поставить под сомнение национальную идентичность страны. Уже сейчас в Европе происходит глубокая этнокультурная перестройка, ведущая к крайнему обострению социальных противоречий и межнациональных проблем, поляризующих общественное мнение. Как указывал ещё в  начале 2000 г. уже цитируемый нами А.Рар, Европа «всё больше и больше будет похожа на melting pot, на котёл. Этим процессом управлять невозможно… Полагаю, что европейцам будет достаточно сложно удержать то, что есть. Мы видим, как социальные системы Европы начинают трескаться по швам. Не исключено, что нас ждёт крупная катастрофа, когда в двух-трёх европейских странах рухнут социальные системы, что может привести потом к разрушению каких-то экономических систем… Справится ли Европа как целое с этими проблемами лучше, чем отдельные страны в одиночку, сказать трудно».
Однако, несмотря на крайне негативные последствия миграционной политики в странах Запада,  их правящие круги никогда не пойдут на какое-либо серьёзное изменение ситуации. Они будут делать красивые и смелые заявления (о «провале политики мультикультурализма»), совершать показательные антииммигрантские акции (изгнание цыган из Франции),   вводить определённые ограничения на миграцию, обусловливая легализацию изучением местного языка и культуры, и т.д. Но ключевое направление будет сохранено, так как ставка на мигрантов – это стратегическая линия транснационального класса, отвечающая его коренным интересам. В связи с этим можно выделить следующие «выгоды» этого явления.

I. Социально-экономическая 
Всеобщая либерализация, распространяемая на сферу производства, торговли  и финансов привела в крайне подвижное состояние и мировой рынок дешёвой рабочей силы. Общеизвестно, что современную эпоху, начиная с последней четверти ХХ в., называют «эрой миграции». Кардинальные изменения в масштабах и структуре мировых миграционных потоков вследствие глобализации и крайнего обострения неравенства экономических возможностей, привели к формированию принципиально новой миграционной ситуации, при которой можно говорить уже о своеобразной «нации мигрантов» или «новых кочевниках». Характерными чертами  этого процесса стали усиление роли диаспор в развитии и отправляющих, и принимающих стран, формирование «миграционных сетей», определяющее значение экономической  миграции, внутри которой неуклонно растёт нелегальная, вынужденная миграция, увеличение значимости миграции в демографическом развитии и, наконец, двойственный характер миграционной политики на всех уровнях. В результате мигранты начинают занимать целые экономические ниши и отрасли национальной экономики принимающих стран.
Вместе с тем, всё большую роль играет внутренний рынок труда транснациональных компаний, который характеризуется частым перемещением работников между странами. Так, менеджмент компаний превратился уже в чисто транснациональный класс. Т.о. по всему миру рабочая сила движется к местам её наиболее выгодного использования, а капитал – к районам сосредоточения дешевого труда. В итоге миграция в реальности превращается в орудие построения «цивилизации кочевников».     По данным Международной организации труда, из 175 млн. мигрантов мира 56 млн. живут в Европе, из них 27,5 млн. осуществляют здесь экономическую деятельность. В некоторых странах Европы, например, в Люксембурге и Швейцарии доля иностранцев в общем количестве рабочей силы достигает 25%. В основном они занимают рабочие места, не пользующиеся спросом местных работников. Это грязная, тяжёлая работа, не требующая квалификации (во Франции 25% их заняты в строительстве, 1/3 – в автомобилестроении на конвейерной сборке, в Бельгии 50%  работаю в угольных шахтах), работа низкой и средней квалификации в сфере услуг, работа по уходу и обслуживанию в частной сфере, наконец, сезонные работы в хозяйстве и сфере туризма. При этом они явно дискриминированы по сравнению с местными рабочими (низкая зарплата, более продолжительная рабочая неделя и пр.). И хотя в последние годы во многих странах уже появляется слой достаточно состоятельных образованных мусульман, который называют средним классом, для большинства условия социального развития остаются крайне трудными, что  выражается в первую очередь в высоком уровне безработицы и неполной занятости (особенно среди молодёжи), в отсутствии социальной инфраструктуры и т.д. Естественно, общественное положение определяет и политический выбор, и социальную позицию, поэтому так популярны среди молодёжи  фундаменталистские течения, придающие проблеме бедности не столько социальный, сколько религиозный характер. 
Многочисленный и практически неконтролируемый сегмент мирового рынка труда образуют нелегальные мигранты, которые, по данным Международной организации труда, составляют около трети всех международных мигрантов. Они заняты преимущественно в мелком или теневом  секторе экономики, масштаб которого   растёт во всех странах. Так, по официальным оценкам Еврокомиссии, он достигает в отдельных европейских странах от 8 до 30 % ВВП, а в целом по Европе – 20%.  Если не учитывать Восточную Европу, то к странам с наибольшим теневым сектором относятся Греция (30-35%), Италия (27,8%), Испания (23,4%) и Бельгия (23,4%). Среднее положение занимают Ирландия, Канада, Франция и Германия (от 14,9% до 16,3%). Особенно быстро теневой сектор стал расти после кризиса 2008 г. 
       Наиболее  значимый сегмент этой нелегальной экономики Европы представляет наркоторговля, главной перевалочной базой которой является «независимое» Косово, где правят марионетки албанской мафии. Уже в начале 90-х гг. албанские преступные структуры, действовавшие под покровительством немецких и американских спецслужб,  контролировали около 70% рынка героина в Германии и Швейцарии. Сегодня их позиции крепки как никогда. Наркотики идут из Юго-Восточной Азии (Афганистана и Пакистана), перерабатываются в Турции, а затем через так называемый Балканский маршрут (бывшая Югославия. Косово) и Чехию направляются в другие страны Европы. Через порты канала Ла-Манш, контролируемые албанцами, наркотики поступают в Великобританию.  Таким образом, наркоторговля охватывает крайне разветвлённую сеть, в которую вовлечены косовские албанцы, болгарская и турецкая мафии, чешские курьеры, английские дилеры и мафия Италии, включая Соsa Nostra. Но все они являются лишь низшим звеном наркомафии, представляющей собой влиятельную общеевропейскую межгосударственную структуру, имеющую крепкую опору в спецслужбах и   выполняющую роль «невидимого менеджера» в правительствах европейских стран, активно воздействующего на их геополитику. И нелегальная миграция представляет в этом отношении  для неё незаменимый ресурс, из которой в теневую армию перевозчиков рекрутируются всё новые члены, поставленные фактически в безвыходное положение.     
II. Цивилизационная «выгода»
Дело в том, что хотя ислам и представляют как религию, глубоко противоположную современным западным ценностям, в своих ключевых  установках он хорошо согласуется с нормами общества потребления, что делает его удобным союзником  транснациональных элит в их борьбе против христианства.  По сравнению с последним ислам имеет низкий порог того, что считается грехом, и в нём отсутствует дисциплина покаяния. Это «религия комфорта», которая позволяет, с одной стороны,  жить по своим похотям, а с другой -  оставаться в мире с Богом. Поэтому, когда мусульманин оказывается в западном мире, в котором потребительские ценности доминируют над всем остальным,  он приспосабливается к этой  реальности без особых психологических травм. Начиная с конца 90-х гг. подспудно среди широких кругов европеизированных мусульман  вырабатываются новые компромиссы с западными моделями. Происходит активное обуржуазивание ислама, в результате которго складывается новая  религиозная  конфигурация, названная французским исследователем П.Хэнни  «рыночным исламом». Наиболее яркими проявлениями его стали следующие.
Во-первых, формируется индивидуалистическая религиозность, которая крупным коллективистским проектам предпочитает достижение личных целей. Стремление к возрождению халифата, к применению шариата, к политическим завоеваниям и социальным реформам перестают быть приоритетными ценностями, их заменяет забота об индивидуальном уважении религиозной нормы, которое не противоречит идее материального благополучия. В итоге вместо поиска цивилизационной альтернативы рыночный ислам поощряет установку на достижение личного благополучия,  самореализации и  экономического успеха. В результате этого формируется «позитивно мыслящий» мусульманин с гедонистическим поведением, открытый новым веяниям модной синкретической духовности (с включением элементов Нью Эйдж и др.). 
Во-вторых, если раньше процесс исламизации характеризовался тесным взаимодействием религиозного и политического начал, то сегодня религиозное начало всё больше смещается в экономическую сферу. Этот процесс  меняет менталитет мусульман, порождая новые категории мышления, позволяющие включать  в исламскую этику  элементы  этики протестантской. Таким образом, закладываются основы своеобразной исламской «теологии процветания»,  которая обосновывает возможность завоевать западный мир не с помощью оружия или показной набожности, а с помощью эффективности и конкуренции.
В-третьих, в результате этого происходит утверждение на религиозной почве предпринимательского духа, в котором доминирующей ценностью становится успех. Для молодого поколения мусульман, «обработанных» современными теориями менеджмента,  ислам из воинствующей религии превращается в идеологию денег. Изучаемые этим поколением концепции управления эффективностью производства формируют у него новые идеалы буржуазного индивидуализма и богатства, которые призваны заменить прежние политические идеалы, оказавшиеся неэффективными для победы над западным миром.
Наконец, в-четвёртых, происходит уже не радикальная, а неолиберальная политизация ислама, которая крайне выгодна транснациональным элитам. Дело в том, что рыночный ислам  подготавливает не установление исламского государства или шариата, а ту самую приватизацию государства, которая полностью демонтирует «государство благосостояния».  Целью  нового ислама является не восстановление халифата, а создание мощной сети гражданских  общин,  модель отношений которых с государством очень напоминает проект американских фундаменталистов, предусматривающий  передачу полномочий государственных служб частным религиозным институтам.
Таким образом, в тени изобретённой англо-американцами  концепции «столкновения цивилизаций», позволяющей в геополитических терминах описывать ислам как «ось зла», скрывается совсем другой процесс – поощрение и использование транснациональными элитами рыночного ислама для полного демонтажа социального государства в европейских странах. Если классические исламисты связывали свою судьбу с построением государства-нации (порождения ХIХ в.), то нынешние «новые мусульмане» утверждают ценности «религии денег», работая на дезинтеграцию европейского общества. 

III. Геополитическая «выгода».  
Для транснациональных элит крайне важно, чтобы в Европе  существовали постоянные очаги напряжённости, которые можно разжигать в любой момент, когда какое-либо из правительств захочет выйти за чётко очерченные им рамки действий и попытаться  осуществлять такой политический курс, который согласуется с национальными интересами. Запуская в Европу огромные массы мусульман, корпоратократия  получила в свои руки удобное оружие для контроля за политической и социальной ситуацией, которое действует тем эффективнее, что в европейские умы начиная с 90-х гг. последовательно вбивают мысль о неизбежном «столкновении цивилизаций».   
Идея «столкновения цивилизаций», автором которой считается С.Хантингтон, в действительности была «изобретена» английским востоковедом Бернардом Льюсом (Bernard Lewis). В годы второй мировой войны он служил  в военной разведке Великобритании, в 60-е гг. стал экспертом Королевского института международных отношений, а в начале 70-х гг. переехал в США и, став профессором Принстонского университета, сотрудничал с З.Бжезинским, бывшим тогда советником по национальной безопасности в администрации Дж.Картера.
Впервые он употребил данное выражение ещё в 1957 г. после Суэцкого кризиса, пытаясь представить ближневосточную проблему  как конфликт не между государствами, а между цивилизациями. Затем эта идея была развита в его статье 1990 г. «Корни мусульманской злобы», в которой ислам был описан как реакционная, не поддающаяся модернизации религия, питающая ненависть к Западу, ценности которого выражены иудеохристианством. Таким образом, объединив христианство и иудаизм в единое целое, Льюис дал научное обоснование союзу Запада и Израиля против ислама, хотя за всем этим стояли геостратегические интересы США. Вместе с тем, применив понятие «иудеохристианство», Льюис точно охарактеризовал современный западный мир (и не случайно позже в одной из своих статей, он уточнил,  что врагом ислама является не западная цивилизация, но западная демократия). Под «иудеохристианством» надо понимать не традиционное западное христианство, но тот особый путь развития, по которому пошёл Запад, восприняв ценности иудейской денежной цивилизации.     С конца 90-х гг. выражение «иудеохристианская традиция» стало всё шире применяться сначала в научных, а затем и политических кругах Европы в качестве лозунга  для культурной мобилизации европейцев и для обеспечения их поддержки Израиля. Учитывая мощь еврейского капитала и влияние произраильского лобби на европейскую политику, можно утверждать, что с помощью мигрантов-мусульман здесь фактически воспроизводится модель противостояния сионизм-исламизм, существующая на Ближнем Востоке. Не случайно и национально-патриотическая тематика, присутствующая в Европе, развивается преимущественно в поле противостояния с исламом и исламизмом, как главной «угрозой европейской идентичности».  В этих условиях националистический лагерь солидаризируется с европейским сионизмом, что приводит к складыванию нового национализма протестантско-сионистского образца, ярким символом которого стал Брейвик. Понятно, что это способствует значительному обострению противостояния и создаёт благоприятные условия для развязывания  столкновения радикального ислама с националистами в любой момент, когда это понадобится истинным хозяевам Европы. Нельзя забывать, что обе стравливаемые силы являются в реальности продуктом западных спецслужб, и жертвой этого столкновения станут все – и евреи, и иммигранты с Востока, и европейцы.

Рекомендуем прочесть также:

Всего 0 комментариевПоказать все

Самые популярные сюжеты
Главные новости
На территории МГИМО создан еврейский общинный центр, включающий в себя синагогу и кошерное кафе...
Протест русской молодёжи к ультраортодоксальной иудейской секте «Хабад Любавич»
Президент Израиля: украинцы участвовали в холокосте
Израильские бульдозеры во вторник утром уничтожили 4 дома в пригороде оккупированного Иерусалалима
Неолиберализм собирается восстановить феодализм: несколько разбойников и множество рабов – 1% и ...
Тель-Авив осуществляет прямое военное вмешательство в Сирии для поддержки террористических групп
Facebook удалил тексты многих палестинских активистов и сторонников палестинского вопроса
Агрессивная политика Израиля угрожает всему региону, в особенности учитывая его ядерный потенциал...
На прошедших думских выборах властный режим решал две основные задачи - тактическую и стратегическую
Унижение кандидатов в президенты США - Трампа и Хиллари Клинтона перед сиониста Биньямина Нетанияху
Опрос

Как вы думаете, что будет написано о Путине в энциклопедии через 100 лет?

Интервью с личностями
Момент истины. Время сейчас благодатное, но болезненное: идет разделение на овец и козлищ...
12699
14
Властолюбие есть великое зло в человеке и начало всякого зла. Для духовно слабого человека «медные трубы» порой становятся самым тяжким испытанием. Мы многократно публиковали материалы, в т.ч. и видео, с участием известного профессора В.Ю.Катасонова, который практически в каждой своей беседе на тему экономики или политики касался православия и его истин. Не возникало сомнений, что он не просто человек верующий, но, что он прекрасно понимает, что сегодня происходит в мире, и кто за всеми этими апокалиптическими процессами стоит.
Литературный коллайдер
В.В. Крестовский (Часть II) Тамара Бендавид
3071
0
Вторая часть трилогии известного писателя судьба героини и сюжетные перипетии позволили автору предложить читателю и исторические экскурсы: показать Берлинский конгресс 1878 г. как вора плодов победы Русского оружия, определить причины войны России за братьев славян и вскрыть движущие пружины глобального еврейского заговора в революционном движении
В астрале веков. Книга вторая
3023
0
Lik-tv.ru и Институт Высокого коммунитаризма представляют: Во второй части знаменитого романа «В астрале веков» герои совершают  путешествие в далекую и загадочную страну древности Арктиду (Гиперборею). Теперь о ней сохранились лишь предания, но именно она была предтечей Русской цивилизации.
В.В. КРЕСТОВСКИЙ. «ТЬМА ЕГИПЕТСКАЯ»
10492
0
Первая часть трилогии известного писателя В.В.Крестовкого, который, пожалуй, оказался единственным из русских беллетристов второй половины XIX в, для которых духовная тьма надвигалась не только из-за видимой иудейской экспансии. Общество оказалось не готово к критическому восприятию самого себя, в результате это талантливое произведение не получило