0 6324

Монетаризм. «Есть экономика – есть проблемы, нет экономики – нет и проблем»

Монетаризм. «Есть экономика – есть проблемы, нет экономики – нет и проблем»

Что является причиной инфляции и гиперифляции, и как нас обманывают либеральные монетаристы, с одной стороны прикрывающие сырьевые и энергетические монополии, с другой стороны - разрушающие нашу промышленность и ухудшающие нашу жизнь

(В качестве дополнения к статье – «Откуда берутся деньги и почему нас ждёт революция»)


Слово «монетаризм» в России в настоящее время стало практически ругательством. Именно эта примитивистская теория губит нашу промышленность,
превращая страну в сырьевой придаток. Но монетаристы продолжают упорно гнуть свою незатейливую линию – «экономика находится под полным воздействием денежной массы, увеличение денежной массы является причиной инфляции и падения уровня жизни, а для стабилизации финансовой системы и повышения уровня жизни необходимо сжимать денежную массу». «Таргетированием» Центробанка является именно инфляция

Нужно отметить, что в 19 веке, когда золото было эталоном стоимости, инфляции не было – золото определяло стоимость товара. В XX веке – веке бумажных денег - сами цены товаров определяют «ценность» денег. Монетаристы утверждают, что чем больше печатается денег, тем меньше их стоимость – называя это инфляцией. Так бывает, когда необходимо покрыть свои расходы во время катаклизмов, но в обычных условиях необходимо четко отделять два вида инфляции – «нормальную инфляцию» в условиях стабильной экономики и «гиперинфляцию» - в период экономических и политических катаклизмов.
  

Нормальная инфляция 
 
Рост денежной массы есть абсолютно нормальное явление. Чем больше производится товаров, тем требуется и больше денег. Рост экономики должен поддерживаться ростом денежной массы. Удобство бумажных денег состоит в том, что это действие легко осуществить, рост цен здесь лежит не в сфере финансов, а в пограничной области между социологией и экономикой.

XIX век – век обращения золотых монет, когда товары имели четкую стоимость в золотом эквиваленте – был веком классовых конфликтов (что было описано К. Марксом и чем воспользовались большевики). Бескомпромиссная борьба между владельцами предприятий и работниками шла за распределение четко фиксируемой в золотом эквиваленте прибыли.  В XX веке (веке бумажных денег) эти классовые противоречия существенно потеряли в своей остроте, поскольку оказалось возможным снимать остроту этого конфликта, поднимая зарплату - владелец предприятия стал постепенно завышать цену товара, увеличивая и свою прибыль, поскольку четкого золотого эквивалента этой прибыли не стало.

Но повышение цены одного товара вызывает цепную реакцию повышения цен и на остальные товары, снова вырастают производственные затраты, падает реальная зарплата и борьба за ее повышение начинается вновь. Таков механизм бесконечной «нормальной инфляции». Таким образом, не денежная эмиссия являются источником инфляции, а сама инфляция вызывает потребность в увеличении денежной массы.  

Инфляция есть имманентное свойство современной финансово-денежной системы XX века. В инфляции заинтересованы и страны, чьи деньги выполняют роль «мировых денег». За последние 30 лет доллар упал в своей покупательной способности почти в десять раз. Тот, кто дал тогда США товарный кредит в обмен на бумажки получит в десять раз меньше товаров, чем сам в свое время дал.  

Таким образом, основной тезис монетаризма, что увеличение денежной массы ведет к ухудшению жизненного уровня населения, относится только к странам поставщикам сырья, но никак не к странам Запада, существенно поднявших свое благосостояние. Впрочем, это не особо касается цен на нефть, которые достаточно стабильны – поскольку арабы, как основные поставщики
продолжают ориентироваться на золотой эквивалент, используя для различные методы – см. Октябрьскую войну 1973 года. Цены на остальное сырье не растут такими темпами и продолжают падать вместе с падением покупательской способностью доллара. 

Таким образом, концептуальная «ошибочность» западных теорий денег вовсе не означает, что ошибочным является то, что они делают. Поскольку они делают это ради своей выгоды, но не нашей. Монетаристкая теория позитивна для Запада,
подталкивая к краху нашу экономическую систему

Следует указать главная концептуальную ошибку монетаризма, как теории. Она состоит в том, что стратегию задает экономика, которая  определяет основные параметры финансовой системе. Да, управление финансами играет очень важную роль - неправильное финансовое управление способно очень сильно навредить экономике, но улучшить экономическое развитие существенно не способно. Монетаризм ошибочен потому, что преувеличивает роль финансового управления, предлагая решать финансовыми средствами то, что вовсе не решается ими. 

Финансовая система есть слуга экономики, но слуга начинает подминать под себя всю систему. В России все пороки монетаризма выявляются с собой силой в области государственного управления, в первую очередь из-за
системного нарушения в системе гуманитарных знаний.
 
 

Гиперинфляция и ценовые паритеты
 
Для того чтобы понять причины гиперинфляции, необходимо вновь вернуться к различию между золотыми и бумажными деньгами. Золотые деньги давали эталон цен на основе привязки цен всех товаров к золоту как носителю денежной информации. 

В
бумажно-денежной системе сами деньги не содержат никаких эталонов стоимости, наоборот, они получают эталон стоимости из цен товаров. Увеличиваются цены, понижается ценность денежной единицы, происходит инфляция. 

При этом возникает следующая проблема. Предположим, мы захотели вычислить цену производства электроэнергии. Подсчитываем затраты на сырье (уголь, нефть, газ), иные материалы, зарплату и т. д., все складываем, делите на объем производства и получаем цену единицы электроэнергии, по которой можно ее продавать. Казалось бы, задача решена? Не так просто. Так можно определять лишь цены на предметы широкого потребления. Но совсем иное дело электроэнергия, которую будут покупать при любой цене. Изменив цену на электроэнергию, мы изменяем и цену на уголь, металлы и т.д. (т.к. в их производстве существенна энергетическая составляющая). При новых ценах на электроэнергию им будет необходимо самим повысить свои цены, в результате изменится и цена самой электроэнергии. Произойдет общее повышение цен - инфляция. 

Мы видим, что при производстве базисных товаров возникает имеет место замкнутый круг. Изменяя цену на базисный товар, мы приходим к тому, что изменяются цены и на сами составляющие производства этого товара и появляется совсем другая цена. Таким образом, калькуляционный подход оказывается просто неприменимым для расчета цен базисных товаров в условиях
бумажноденежной системы.
  

Проблема решается на основе ценовых паритетов.
 
Для простоты предположим, что есть всего два базисных товара - товар А и товар В. Для того чтобы они могли производиться с нормальной рентабельностью, между ценами обоих товаров должно быть соотношение:


ЦА = КАВЦВ
ЦВ = КВА ЦА

Здесь ЦА и ЦВ есть цены товаров. Коэффициенты КАВ и КВА называются ценовыми паритетами товара А к В и товара В к А. Например, ценовой паритет КАВ товара А к В показывает, сколько единиц товара В надо отдать за товар А, чтобы такой обмен был справедливым. Это же верно и для ценового паритета товара В к А.

Цены, определяемые вышеприведенными соотношениями, назовем уместными ценами. Термин «уместные цены», то есть такие цены, которые создают производителю нормальные экономические условия, ввел Людвиг Эрхард, министр экономики ФРГ во время перехода к свободному рынку в конце 40-х годов. В ФРГ в эти годы регулярно публиковались прейскуранты уместных цен, которые, однако, носили не директивный, а справочный характер. 

Легко видеть, что ценовые паритеты не могут быть произвольными. Между ними существует жесткое соотношение:


Цены, определяемые вышеприведенными соотношениями, назовем уместными ценами. Термин «уместные цены», то есть такие цены, которые создают производителю нормальные экономические условия, ввел Людвиг Эрхард, министр экономики ФРГ во время перехода к свободному рынку в конце 40-х годов. В ФРГ в эти годы регулярно публиковались прейскуранты уместных цен, которые, однако, носили не директивный, а справочный характер. 

Легко видеть, что ценовые паритеты не могут быть произвольными. Между ними существует жесткое соотношение: 


КАВ КВА = 1  или КАВ = 1/КВА
 
Для того чтобы сделать наглядным наше рассмотрение, нарисуем ценовую плоскость. На оси Х, будем откладывать цены товара А, а на оси Y – цены товара В (рис. 1).Рис. 1. Ценовая плоскость 

Любая точка на ценовой плоскости определяет комплекс ценового состояния рынка базисных товаров А и В. Проведем прямую, определяемую соотношениями для уместных цен. Эту прямую назовем «лучом уместных цен» (ЛУЦ). Он разделяет ценовую плоскость на два сектора. В верхнем секторе товар В продается по завышенной цене (по отношению к уместной), а товар А по заниженной цене. На луче уместных цен находятся точки, в которых оба товара продаются по уместным ценам. 


Для того чтобы сделать наглядным наше рассмотрение, нарисуем ценовую плоскость. На оси Х, будем откладывать цены товара А, а на оси Y – цены товара В (рис. 1).Рис. 1. Ценовая плоскость 

Любая точка на ценовой плоскости определяет комплекс ценового состояния рынка базисных товаров А и В. Проведем прямую, определяемую соотношениями для уместных цен. Эту прямую назовем «лучом уместных цен» (ЛУЦ). Он разделяет ценовую плоскость на два сектора. В верхнем секторе товар В продается по завышенной цене (по отношению к уместной), а товар А по заниженной цене. На луче уместных цен находятся точки, в которых оба товара продаются по уместным ценам. 

Рассмотрим в верхнем секторе ценовой плоскости точку 1. Цена ЦВ1 товара В является завышенной по сравнению с уместной, и разница ΔВ по сравнению с уместной дает сверхдоход производителю товара В. Цена ЦА1 товара А ниже уместной, и разница ΔА показывает убыточность производства при данном соотношении цен.

Ценовая точка 2 лежит в нижней области, в этой точке имеются сверхвыгодные экономические условия для производства товара А и убыточность для товара В. Ценовая точка 3 лежит на луче уместных цен, и оба товара имеют хорошие экономические условия для производства. 

Таким образом, ценовая плоскость показывает экономические условия для соответствующих товаров. Легко видеть, что если ценовая точка будет перемещаться по лучу уместных цен, к примеру вверх, то будет происходить рост цен товаров, то есть будет происходить инфляция, но на экономических условиях производства это никоим образом не будет отражаться. 

Изложенный механизм позволяет говорить о принципиально новом явлении в экономике - «межвидовой конкуренции» – конкуренции между различными товарами и товарными группамиОна имеет ценовой характер и существенна именно для базисных товаров. Увеличение цен одного базисного товара ухудшает экономические условия других базисных товаров, производители которых, в свою очередь, могут ответить различными способами – повышением цен на собственные товары или иными нефинансовыми ответными мерами. Поэтому представления о естественных монополиях должны быть пересмотрены. Если для естественных монополий не существует классической товарной конкуренции, то они все-таки находятся в конкурентном пространстве, где конкуренция имеет межвидовой характер.  

Ложным является представление и о полной свободе естественных монополий, и о том, что естественные монополии непременно нуждаются в государственном регулировании цен.

Российский опыт показывает, что в условиях государственного регулирования цен естественных монополий как раз и идет наиболее быстрый рост этих цен. Это происходит путем различного рода накруток, включения в себестоимость различного рода не относящихся к делу затрат с целью демонстрации низкой рентабельности или даже убыточности производства, что позволяет требовать от государства права на пересмотр цен.  Государственный аппарат, не способный контролировать полностью финансовую ситуацию внутри этих компаний, вынужден подчиняться их шантажу и давать согласие на увеличение цен. Необходим контроль за работой монополий, проведение определенной государственной политики, но это не может осуществляться прямым директивным ценовым управлением. 

Мы говорим о луче уместных цен. На самом деле на практике условия не столь жестки, имеется не луч, а некоторый конус допустимых цен:

Рис. 2. Условный конус допустимых цен 

Если ценовое состояние находится внутри конуса допустимых цен, то оба товара имеют допустимые условия для производства. Цены могут колебаться, повышаться и понижаться, но если они не выходят за пределы этого конуса, то нет никакого обязательного инфляционного движения. Так происходит в стабильной экономической системе, когда сами производители прекрасно понимают, что слишком резкое повышение цен обернется к ним повышением цен на собственное сырье и полуфабрикаты, и потому стараются не делать «резких движений».  

Но совсем иное дело, если ценовая точка находится за пределами конуса допустимых цен:


    Рис. 3. Конус допустимых цен при условии, что ценовая точка находится за его пределами 

Предположим, ценовая точка 1 в начальный момент лежит в верхнем секторе ценовой плоскости. Тогда производитель товара В получает сверхприбыли, а производитель А терпит убытки. Он вынужденно повышает свои цены, чтобы не разориться. Мы нарисовали ЛУЦ и КДЦ (конус допустимых цен), но реальный производитель такой информации не имеет. Тем более, что мы только для простоты нарисовали два товара, но реально существуют сотни базисных товаров. Производитель А думает лишь о том, на сколько ему повысить цену, чтобы не только ему стало рентабельно работать, но и чтобы покрыть убытки за предшествующий период убыточной работы. И, естественно, выводит ценовую точку 2 за пределы КДЦ, но уже в свой, выгодный сектор. 

Теперь в таком же точно положении оказывается производитель В. Но опять-таки он это не сразу почувствует, еще действуют старые договоры. Кроме того, при наличии большого количества товаров не все его контрагенты переходят на новые цены, каждый действует несогласованно, и потому осознание убыточности дойдет лишь через некоторое время. Тогда он тоже совершает повышение цен, имея те же соображения, что и производитель А при предшествующем акте. И тоже выводит цену в положение 3 за пределы КДЦ, но уже в своем секторе. И так ценовая точка последовательно идет через положения 1, 2, 3, 4 и т. д. Важно, что они имеют единый направленный вектор движения в направлении роста цен, то есть инфляции. Это и есть явление гиперинфляции.  

Гиперинфляция связана с серьезной, грубой разбалансировкой экономических отношений. В результате экономического процесса в условиях свободного рынка каждый субъект независимо пытается восстановить этот баланс, но разбалансировка не только не уменьшается, а еще более нарастает, и процесс гиперинфляции идет галопирующим образом. 

Вполне очевидно, что в условиях свободного рынка сам собой рынок не сбалансируется, цены никогда не войдут в конус допустимых цен, если каждый агент этого рынка действует самостоятельно и лишь в собственных интересах. И потому все представления монетаристов о том, что рынок сам способен регулировать экономику, абсолютно беспочвенны. Да, он способен это сделать, но только при сравнительно небольших отклонениях от равновесного состояния. Но при больших отклонениях происходит срыв, экономика сваливается в штопор гиперинфляции, из которого представленный самому себе рынок никогда не выйдет. 

Так что «невидимая рука рынка» имеет очень ограниченные возможности для саморегулирования. Гиперинфляция 1992–1995 годов имела именно такой характер.
 

«Внеэкономическая» экономика социализма
 
До 1992 года цены жестко устанавливались государством. При социализме имела место определенная ценовая политика, которая позволяла решать те или иные социальные вопросы в первую голову. Цены устанавливались лишь отчасти по экономическим соображениям, а преимущественно на основании внеэкономических, социальных соображений. А если какое-то предприятие при этом оказывалось сверхприбыльным, то эти сверхприбыли государство изымало, а если какое-то было убыточным, то государство его дотировало. 

Таким образом, цены были весьма далеки от состояния экономического равновесия. И когда их освободили, то экономическая система попала в положение далекое от конуса допустимых цен (рис. 3). Так развился гиперинфляционный процесс, при котором цены за три-четыре года возросли более чем в 10 тысяч раз. И дело тут вовсе не в том, что государство слишком много печатает (эмитирует) денег. Причины гиперинфляции лежат не в финансовой сфере, как считают монетаристы, а в экономической.

Но что произойдет, если государство начнет осуществлять «жесткую эмиссионную политику», то есть не будет подпитывать гиперинфляцию деньгами? А произойдет вот что -
  

Отсутствие эмиссии как причина стагнации
 
- нехватка денег начинает замедлять товарообмен. Действительно, между количеством денег и объемом товарооборота существует связь, даваемая классическим уравнением обмена:


М= Рy/ v

где M– денежная масса;
P – уровень цен;
y – реальный национальный продукт;
v – скорость обращения денег.

Обращая это выражение для объема национального производства y, который может быть обслужен данной денежной массой, получаем: 

У= Мv/ Р  

Таким образом, увеличение уровня цен P при фиксированной денежной массе M приведет прежде всего к падению объема национального производства, к стагнации экономики. 

Рецепт монетаристов фактически таков: «есть экономика – есть проблемы, нет экономики – нет и проблем». Именно так и действовали до сегодняшнего дня наши отечественные монетаристы, которые не понимают причин инфляции. 

Согласно их «теории», «существуют всего три возможных источника инфляции: рост количества денег, находящихся в обращении, рост скорости обращения денег и уменьшение реального национального продукта» (Эдвин Дж. Долан, Колин Д. Кэмп-бэлл, Розмари Дж. Кэмпбэл. «Деньги, банковское дело и денежно-кредитная политика», М.-Л., 1991, с. 24). Они не понимают, что источники инфляции лежат прежде всего в экономической системе, а вовсе не в финансовой сфере. И это приводит их к абсурдным выводам и к еще более абсурдным рецептам борьбы с нею. 

Таким образом, борьба с инфляцией по-монетаристски есть прежде всего борьба с экономикой.
  

Гиперинфляция не может быть уничтожена силами самого рынка 

 
Для этого необходимо внешнее воздействие, то есть воздействие государства. Гиперинфляцию  можно  подавить с наименьшими потерями для экономики, если понимать ее источники. Это понимал, к примеру, Людвиг Эрхард, и потому такое важное значение в его экономической реформе в Западной Германии занимал ценовой мониторинг рынка с публикацией прейскурантов уместных цен. Имея оперативную информацию об уместных ценах на базисные товары – нефть, электроэнергию, металл и т. п. при текущем общем ценовом состоянии, то проблема погашения инфляции состоит в том, чтобы ввести цены в конус допустимых цен, а затем в этом конусе инфляция сама собой постепенно затухает

Для того чтобы ввести цены в этот конус, можно осуществить прогрессивное налогообложение сверхцен - прибыль, полученная предприятием за счет превышения его цены над уместной, будет  реквизирована путем соответствующей налоговой системы - тогда предприятию не будет большого резона завышать цены сверх уместных. 

Образно говоря, необходимо воздействовать не на всех участников рынка, а только на тех, кто в ценовой гонке слишком выскакивает вперед. Тогда таких «лидеров» будет становиться все меньше и меньше, постепенно ценовая ситуация плавно войдет в конус допустимых цен, и гиперинфляция сама собой затухает

Важно также отметить, что налогообложение сверхцен гораздо предпочтительней, чем государственное установление цен. 
 

Обратимся к рис. 3. Если мы зафиксируем рост цен в точке 5, то производство товара А будет убыточным и оно начнет вымирать. Все производства, которые оказались в точке фиксации цен в неблагоприятном положении, будут сворачиваться, и экономика начнет сокращаться
 

Если же установить порог для рентабельности, то предприятие становится заинтересованным для получения большей массы прибыли всячески накручивать цены, включая в них любые издержки. Налог на сверхцену позволяет предприятию в рамках определенной цены как угодно рационализировать производство, что способствует повышению экономичности производства, сокращению необходимых ресурсов и т. д.

Но для этого необходимо иметь серьезную государственную систему ценового мониторинга, которая оперативно отслеживала бы ценовую ситуацию и регулярно публиковала бы соответствующие прейскуранты уместных цен. В настоящее время теория ценового мониторинга и определения уместных цен на основании наблюдения рынка разработана. 

Отметим еще один важный момент. В области товаров массового потребления имеет место конкуренция между однотипными товарами. Она идет внутри товарных групп. Например, между собой конкурируют различные сорта губной помады или различные сорта колбас. Такой вид конкуренции можно назвать «внутривидовым». Но конкуренции между губной помадой и колбасой нет. Межвидовой конкуренции для ТМП не существует. 

В области базисных товаров ситуация совсем иная. Производство этих товаров является высокомонополизированным. Поэтому внутривидовая конкуренция в этой товарной сфере развита слабо, а иногда вообще отсутствует. Именно поэтому говорят о естественных монополиях - им не с кем вообще конкурировать. Но естественные монополисты не совершенно свободны в установлении цен -  в этом секторе рынка главную роль играет уже не внутривидовая конкуренция, а межвидовая. Механизм этой конкуренции нами показан, он состоит во взаимозависимости производства всех этих товаров. Конкуренция идет через ценовой фактор. И здесь уже вполне могут конкурировать металл и газ, электроэнергия и картофель. Таким образом, экономические представления о естественных монополиях должны быть существенно модифицированы.


(использовались материалы В.Юровицкого «Эволюция денег: денежное обращение в эпоху изменений»)

  • 0

Добавить комментарий