0 11490

Интернационализация юаня (часть I)

Интернационализация юаня (часть I)

Проблема превращения юаня в международную валюту неоднозначна. Некоторые авторы считают, что стоит Пекину принять решение о полной конвертации юаня (ее в настоящее время нет), и он превратится в полноценную международную валюту. Другие полагают, что юань уже стал такой валютой. Третьи говорят, что Пекин страшится такого превращения.


В.Ю. Катасонов, проф, д.э.н., председатель Русского экономического общества им. С.Ф. Шарапова


Каждый день появляются новые и новые материалы, посвященные проблеме превращения юаня в международную валюту. Разные авторы по-разному понимают этот процесс. Некоторые считают, что стоит Пекину принять решение о полной конвертации юаня (ее в настоящее время нет), и он превратится в полноценную международную валюту. Другие полагают, что юань уже стал международной валютой, приводя впечатляющие цифры растущих масштабов использования китайской денежной единицы в международной торговле. Третьи придерживаются точки зрения, что Пекину не выгодно превращение юаня в международную валюту и что он даже специально препятствует этому. Одним словом популярная тема интернационализации юаня не так проста, как кажется. Во-первых, она не проста для сторонних наблюдателей. Во-вторых, она не проста для китайского руководства. 

Движение юаня в направлении его интернационализации предполагает три основных этапа. Эти этапы связаны  с превращением китайской денежной единицы в:  
а) торговую валюту; 
б) инвестиционную валюту; 
в) резервную валюту.


ЮАНЬ КАК ТОРГОВАЯ ВАЛЮТА

Процесс превращения юаня в международную торговую валюту начался после финансового кризиса 2007-2009 гг., который обнажил шаткость ключевых мировых валют – доллара и евро. Главным торговым партнером Китая были и остаются  США, единственной валютой во внешней торговле Китая с Америкой был доллар США. Но доллар доминировал в торговле не только с США, но и другими странами, например, с Российской Федерацией. В 2008-2009 гг. обозначились первые шаги по интернационализации юаня. Тогда ряду предприятий и компаний было разрешено использовать юань в торговле с Гонконгом, Макао, странами АСЕАН. В середине 2009 года право использовать юани во внешнеторговых сделках имели лишь 365 компании, а в конце 2010 года их число выросло до 76359. В 2012 году использовать юани могли уже все китайские компании, которые имели лицензии на экспортные и импортные операции. 

Активный переход на внешнеторговые расчеты в юанях происходит одновременно с расширением использования национальных денежных единиц  торговых партнеров Китая. Этому способствовало и способствует заключение двухсторонних валютных свопов Народного банка Китая (НБК) с центральными банками стран, являющихся торговыми партнерами Китая. Число  действующих на сегодняшний день соглашений НБК о валютных свопах превышает 20. Если в 2010 году лишь 3% внешней торговли Китая осуществлялось в юанях, то в конце 2013 года эта цифра достигла 18%. А согласно прогнозам HSBC, эта доля к 2018 году должна вырасти до 30%.

По данным СВИФТ, уже в конце 2013 – начале 2014 гг. юань обошел евро по масштабам платежей, обслуживающих международную торговлю, и занял второе место после доллара США. Знаменательно, что юань стал использоваться даже в торговле Китая с США, хотя его доля пока не превышает 2%.

Позиции юаня в общих международных оборотах валют в мире пока гораздо более скромные. Кроме обслуживания торговли товарами и услугами валюты используются для обмена на другие валюты (валютный рынок) и для разного рода кредитных и инвестиционных сделок (фондовый и иные финансовые рынки). Десять лет назад (2004 г.) юань находился лишь на 35-й строчке среди валют по общим объемам международных оборотов. В начале 2012 года он поднялся на 13 место. В начале нынешнего года китайская валюта вышла уже на седьмое место, опередив даже швейцарский франк.

 

О КОНВЕРТИРУЕМОСТИ ЮАНЯ

Позиции юаня в общих международных валютных оборотах в значительной степени зависят от его конвертируемости. В настоящее время это частичная конвертируемость, что означает возможность свободного использования юная для осуществления текущих операций, прежде всего торговых сделок. Частичная конвертация была проведена в 1996 году, причем тогда власти заявили, что потребуется еще десять лет для того, чтобы перейти к полностью конвертируемому юаню. То есть провести отмену ограничений по капитальным операциям. Однако уже прошло 18 лет, а такие ограничения все еще сохраняются. Конечно, превращение юаня в свободно конвертируемую валюту резко повысило бы масштабы использования юаня в мировом валютном обороте. Но имел бы место лишь краткосрочный эффект, при этом для экономики Китая резко возросли бы риски. Еще сравнительно недавно юань был валютой с фиксированным курсом, причем заниженным. Это было средством активной внешнеторговой экспансии Китая. Уже с начала нынешнего века Пекин отказался от администрирования валютного курса, формально он стал свободным. Но регулируемым. Регулированием занимается Народный банк Китая (НБК), который упорно и систематически скупая доллары, евро и другие валюты, искусственно сдерживает рост валютного курса юаня, сохраняя его на уровне более низком, чем паритет покупательной способности юаня и доллара. 

Если ввести полную конвертируемость юаня, то есть риск, что НБК утратит контроль над валютным курсом своей денежной единицы. А это грозит полным крахом нынешней модели китайской экономики, базирующейся на торговой экспансии. Китайская экономика и при нынешнем заниженном курсе юаня уже сталкивается с определенными  проблемами, т.к. мировой рынок насыщен товарами из Китая, дальнейшая экспортная экспансия затруднена. Вопрос о валютном режиме юаня должен решаться в зависимости от того, какой будет будущая модель экономики Китая. К сожалению для Китая, в руководстве страны нет полной ясности и консенсуса по данному вопросу. А без ясной и внятной долгосрочной стратегии экономического развития страны переход к свободно конвертируемому юаню выглядит просто как уступка давлению западных «партнеров» и грозит серьезными рисками. 

Впервые неофициальные заявления китайских руководителей о том, что юань желательно сделать свободно конвертируемой валютой, появились в 2011 году, когда в стране отмечалось 35-летие кончины Мао Дзэдуна. Тогда назывались желательные сроки такого перехода – 2015-2016 гг. В ноябре прошлого года при закрытых дверях прошел Третий пленум ЦК Компартии Китая. Несмотря на секретность, известно, что на пленуме обсуждались вопросы экономических реформ. Обозначились два лагеря: а) лагерь сторонников развития внутреннего рынка и превращения Китая в страну с развитой и независимой экономикой; б) лагерь сторонников быстрой интеграции Китая в мировые рынки капитала. 

В официальных коммюнике было заявлено, что страна будет двигаться в направлении полной конвертируемости юаня. Такое заявление свидетельствует о том, что второй лагерь добился перевеса. А сторонникам первого лагеря удалось лишь добиться того, что переход к свободно конвертируемому юаню будет постепенным, а не резким, одномоментным. Задача сделать юань конвертируемой валютой также содержится в пятилетнем плане экономического развития Китая на период 2011-2015 гг. Она была подтверждена в прошлом году на Съезде народных представителей Китая.


ДВИЖЕНИЕ К ИНВЕСТИЦИОННОМУ ЮАНЮ: ПУТЬ МАЛЫХ ШАГОВ

Следует обратить внимание на то, что используемые во внешней торговле  юани  накапливаются на счетах зарубежных  компаний, поставляющих товары в Китай. Далеко не вся экспортная выручка торговых партнеров Китая используется ими для последующих закупок товаров в Китае с использованием тех же юаней. По данным НБК, в конце 2013 года масса юаней за границей  превысила 1,5 триллионов, что эквивалентно примерно $250 млрд. Фактически эта масса «красного» (так иногда называют китайскую валюту) образует оффшорный рынок юаней. Возникло как бы два вида юаней: 
а) юани оншорные (те, которые хранятся и обращаются внутри Китая); 
б) юани оффшорные (те, которые хранятся и обращаются за пределами Китая)

Цены их не совпадают, они имеют отдельные курсовые котировки.

Дальнейшее динамичное развитие торговли возможно в юанях лишь при условии, что накапливаемые за границей юани могут найти быстрое применение. Конечно, за юани можно купить товары в Китае. Но держатели юаней хотели расширить диапазон своих возможностей. А именно: 
а) при необходимости менять юани на другие валюты; 
б) покупать в Китае не только товары, но и активы (т.е. осуществлять инвестиции в китайскую экономику).

Одним из шагов в направлении превращения юаня в свободно конвертируемую валюту является заключение Китаем соглашений с другими странами о проведении конвертаций юаня в другие валюты. Сегодня возможна прямая конвертация юаня в доллар США, японскую иену, австралийский доллар, российский рубль, малазийский ринггит, новозеландский доллар. Последнее соглашение подобного рода было заключено между Китаем и Новой Зеландией в марте нынешнего года.

Большое количество юаней, полученных торговыми партнерами Китая, скапливается на счетах банков в Гонконге, который получил название рынка оффшорных юаней. Вклады в юанях составляли в начале текущего года около 12% от всех вкладов в банковской системе Гонконга (в 2008 году эта цифра составляла лишь 1%). Между этим оффшорным рынком и внутренним рынком Китая разрешен упрощенный порядок взаимодействия, что делает гонконгские юани более конвертируемыми. Гонконг выступает в качестве своеобразного шлюза между внутренним рынком Китая и мировым рынком.

Вторым после Гонконга оффшорным рынком, где торгуется юань, является Лондон. Всего на начало нынешнего года действовало четыре оффшорных рынка, где торговался юань с использованием широкого диапазона других валют: Гонконг, Лондон, Сингапур, Тайвань. В этом году ожидается появление еще одной площадки – во Франкфурте. Там же Народный банк Китая и Бундесбанк договорились создать центр платежей и клиринговых расчетов в юанях. 

Юань торгуется и на Московской бирже за рубли (с декабря 2010 года). Биржевая торговля парой рубль-юань была одновременно запущена на Шанхайской бирже. Объем торговли юань-рубль по результатам прошлого года вырос в 3,5 раза по сравнению с 2012 годом, составив более $100 млрд.

Торговля юанем на разных торговых площадках способствует повышению спроса на китайскую валюту. Но при этом остается главным вопрос: во что вкладывать накапливаемые юани? И опять поднимается вопрос о полной конвертируемости юаня. Для этого надо, с одной стороны, проводить либерализацию доступа иностранных инвесторов на внутренний рынок страны; с другой стороны, снимать ограничения для экспорта капитала из Китая. Малые шаги по этим двум направлениям делаются каждый год, а в настоящее время – практически каждый месяц.

Согласно рекомендациям МВФ (фактически – требованиям), для того, чтобы страна могла заявить о полной конвертируемости своей валюты, она должна иметь развитые внутренние финансовые рынки. То есть конвертируемость в широком смысле предполагает не только возможность купли-продажи валют по рыночному (свободному) курсу, но также свободную куплю-продажу облигаций и акций (конвертируемость ценных бумаг). Вообще-то в Китае уже есть рынок капитала, причем по показателю совокупной капитализации он является третьим в мире. Но, как говорят специалисты, внутренний финансовый рынок является еще не очень гибким, ликвидным, находится под сильным административным прессом государства. В этом году Пекин заявил о либерализации процентных ставок по кредитам, что, по мнению западных экспертов, является значимым шагом на пути к созданию полноценного внутреннего рынка капитала.

С сентября прошлого года начала функционировать Шанхайская зона свободной торговли, на которую допущены иностранные инвесторы. Это своеобразная экспериментальная площадка, где разрешена полная конвертация юаня. В начале текущего года был проведен выпуск облигаций Народным банком Китая на сумму 2,5 млрд. юаней, причем размещение бумаг было проведено в Лондоне. Примерно в это же время  британская управляющая компания сумела получить от Китайской комиссии по регулированию рынка ценных бумаг лицензии на прямое инвестирование в Китай. Такая лицензия была получена впервые за пределами Гонконга или материковой части Китая. В январе 2014 года китайский биржевой инвестиционный фонд (ETF) начал торговаться на Лондонской фондовой бирже. Список знаковых событий, связанных с либерализацией Китаем международного движения капитала можно продолжить.

При этом невооруженным глазом  видны особо тесные отношения между Пекином и Лондоном. Эти отношения получили еще один импульс 31 марта 2014 года, когда Банк Англии и Народный банк Китая подписали соглашение о создании в британской столице расчетно-клирингового центра по работе с юанем.  

  • 0

Добавить комментарий