0 5401

Ещё одно «наследие предков». Политический детектив к 70-летию создания атомной бомбы

Ещё одно «наследие предков». Политический детектив к 70-летию создания атомной бомбы

“Думаю, что в прошлом существовали цивилизации, знавшие энергию атома и полностью уничтоженные злоупотреблением этой энергии”. “Объяснение радия”, член Лондонского королевского общества Фредерик Содди, лауреат Нобелевской премии по химии


1. «ПОЛЕЗНЫЙ НАЦИСТ» ОТТО АМБРОС

Многие аспекты Второй Мировой войны так о останутся «малоизвестными фактами» хотя бы и потому, что уже в 1946 году фонд Рокфеллера выделил $139.000 на написание официальной версии трагических событий, благодаря чему сотрудничество Третьего Рейха и «Standard Oil» по сей день относится к малоизвестным фактам.

После войны эта компания оказалась владелицей ряда патентов Отто Амброса, участвовавшего в разработке отравляющих веществ под названием зорин и зоман. Амброс являлся фюрером военной экономики, совмещая руководство производства резины и отравляющих газов в «IG Farben» с руководством комитета по боевым химическим веществам в министерстве вооружений, а также заводов в Аушвице, Шкопау, Людвигсхафене и Опау. К работе в известном немецком концерне, являвшемся локомотивом экономики Третьего Рейха, Амброс подключился в 1926 году, будучи посланным на Суматру для изучения натурального каучука с целью воспроизводства его синтетического аналога, и уже к 1935 году он стал ведущим экспертом в области искусственного каучука, поэтому именно под его руководством возводились технологические линии Аушвица-III, который планировался как грандиозный по масштабам завод по производству резины.

Вне сомнения такой человек не мог не стать «полезным нацистом», термин который был введён в оборот в США еще в 1944 году, и «союзники» старались не допускать попадания таких нацистов в руки советских войск. К примеру, 45 химиков Лойне из «IG Farben» под дулами пистолетов были вывезены из их домов в русской зоне на запад. В поисках «полезных нацистов» в области химии подполковник британской химической службы Пол Тарр без особых сложностей обнаружил в заводской лаборатории Эльберфельда (Elberfeld) Герхарда Шрёдера, его допросили, но тот ничего не знал о местонахождении одного из ведущих технологов «IG Farben». На тот момент Амброс уже был обнаружен американскими «охотникам за нацистами» в баварском Гендорфе, где при въезде в город им встретился человек, представившийся обычным химиком и показавший американским солдатам подземную фабрику по производству мыла и чистящих средств для внутреннего рынка, скрытую под землю от бомбёжек союзников.

Химика задержали и на всякий случай должны были направить в центр фильтрации «Aschan» в Люксембурге. Когда советским войскам достался склад химического оружия в силезском Духернфюрне (Duhernfurth), то подполковник Тарр послал к задержанному Амбросу эскорт, чтобы тот доставил военного преступника в качестве эксперта, но Амброс, вместе с эскортом уехал во французскую зону контроля, где и остался как сотрудник завода «BASF» в Людвигсгафене (Ludwigshafen).

Странный военный преступник, перемещающийся между зонами союзников по своему усмотрению даже в сопровождении эскорта, всё же предстал перед судьями Нюрнбергского процесса. Однако ещё до его начала лейтенант американской армии Уолтер Джессел (Walter Jessel) уже выявил лояльных США немецких учёных, подлежащих досрочному освобождению по спискам JIOA (Joint Intelligence Objectives Agency). После такого распоряжения верховного комиссара США в Германии Джона Макклоя (John McCloy) Амброс приступает к работе «советника» в компании «Dow Chemical», а также в химических войсках американской армии и что важно для нашего рассказа - министерстве энергетики США.

В 1951 г. Питер Грейс, близкий друг Рональда Рейгана, предоставил Отто Амбросу руководящий пост в своей компании «W.R. Grace Company». Компания, в которой он трудился после освобождения вне сомнения может быть отнесена к структурам, связанным с Третьим Рейхом. Американская штаб-квартира «Thyssen Inc.», основного финансиста «NSDAP» Фрица Тиссена располагалась в нью-йоркском здании «W.R. Grace Company».

В 1978 году 29,6 % «W.R. Grace Company» за $400 млн. выкупит «Flick Group», соединив на европейском континенте свой оборот в $3,2 млрд. с $5 млрд. новой дочерней компании. Фридрих Флик, также являвшийся видным спонсором «NSDAP», был также крупнейшим меценатом СА и СС и другом Гиммлера и Геринга, с подачи которого к Флику перешел контроль над металлургической монополией Германии сталелитейным концерном «Vereinigte Stahlwerke». Фридрих Флик являлся крупнейшей промышленной фигурой Третьего Рейха, входил в президиум картелей «Reichsvereinigung Eisen» (Имперского объединения железа) и «Reichsvereinigung Kohle» (Имперского объединения угля), совет по промышленному объединению (виртшафтсгруппе) сталелитейного производства «Eisen schafffende Industrie», на курируемых им предприятиях также использовался принудительный труд, в частности на заводе в Хеннигсдорфе таковых было почти 50%. В силу видимо тайных соглашений курировавшее систему концлагерей ведомство Гиммлера при содействии одного из директоров «Vereinigte Stahlwerke» Штейнбринка получало от Флика 100 тыс. рейхсмарок ежегодно.

Получив в свой штат ведущего нацистского химика, «W.R. Grace Company», начав с компании «Davison Chemical Corporation» в 1954 году за 11 лет поглотила 23 химических предприятия, после чего двинулась в Европу с намерением стать главным, что характерно уже продуктовым производителем. Основав "General Foods of Europe" теперь уже полноправный химический гигант скупал продовольственные предприятия в Европе, став крупнейшим дистрибьютором, в частности поглотив производство макаронных изделий в Италии.

В конце прошлого столетия «W.R. Grace Company» сотрясли судебные разбирательства, начавшиеся с иска в полмиллиона долларов за нарушения экологических стандартов в 1994 году в штате Монтана, позже возросшего еще на 5 миллионов долларов. В 1999 году был подан иск Агентства по защите окружающей среды (Environmental Protection Agency) из-за угрозы отравления аммиаком системы водоснабжения в штате Мичиган, также было предъявлено к оплате $1,15 млрд. по 53 000 искам, а через год их количество возросло до 325 тысяч. Но самым примечательным является то, что в 1998 году было предъявлено 2 миллиона за урон от выброса радиоактивных отходов за несколько десятков лет, а через год за те же нарушения в Иллинойсе уже $200 млн. 

Амброс вне сомнения был особо ценным сотрудником «IG Farben», в частности на его плечах лежала секретная переписка высшего эшелона власти концерна с иностранными корреспондентами, в которой Макс Фауст (Max Faust) был `Posth`, а Вальтер Дёффельд (Walter Durrfeld) - `Heribert`, Карл Вурстер (Karl Wurster) - `Stutt`, но вполне вероятно что именно выброс радиоактивных отходов «W.R. Grace Company» является ключом к «неуловимости» нацистского преступника и повышенного интереса со стороны «союзников» к главному технологу крупнейшего предприятия Аушвица-III, потреблявшего электроэнергии больше чем Берлин, но и так и не выпустившего синтетической резины, речь об этом подозрительном факте пойдёт ниже.

Заведовавший лагерной системой Гиммлер восхищался столь «замечательными арийскими качествами» индийского эпоса «Махабхарата», где в книге «Дронапарва» живописуется возникновение грибовидного облака, сравнимого с раскрытием гигантского зонтика. Это было оружие, превратившее в пепел целую расу Врисхни и Андхака, чьи обожженные тела нельзя было опознать, а оставшиеся в живых люди заболевали лучевой болезнью — у них возникали приступы рвоты, выпадали волосы и ногти. Глядя на подобное облако собственного изготовления, Роберт Оппенгеймер также будет цитировать известный индийский эпос: «I am become Death, the shatter of worlds» («Я — всепожирающая смерть, Я — творящий всё, чему быть…», «Бхагават-Гита», текст 34, гл. 10).

На одной из своих лекций Фридерик Содди предположил существование працивилизации, владевшей секретом извлечения атомной энергии. Примечательно, что с древних времен действительно сохранились 16 естественных природных реактора в трёх различных частях месторождения Окло в Габоне, где около 1,8 млрд. лет назад в древности происходила самопроизвольная цепная реакция деления ядер урана, что было обнаружено французским физиком Франсисом Перреном в 1972 году.

В рядах Третьего Рейха был и еще один любитель восточной старины, именно он, - профессор Карл Хаусхофер - будет посещать и Гитлера и Гесса во время заключения. В начале века он дослужится до генерала, будучи советником при японском командовании, вступит в ультранационалистическую организацию «Чёрный дракон», контролирующую китайские опиумные поставки и более известную в современном мире как Якудза. Ему откроются как храмы буддийских монастырей, и станет доступно участие в деятельности ордена «Зеленый дракон», так и участие в заседаниях закрытого британского клуба «Эффективников» (Coefficients), где также состоял и Герберт Уэллс, автор термина «атомная бомба», использованного им в романе «Освобождённый мир». Так кто же стоял за идеей создания самого смертоносного оружия в мире, если его разработка велась в разных странах, но имела унифицированное название в Германии «Projekt U», в США «Project Y», и в Японии «Project N»?.

Отец «отца атомной бомбы» для США Юлиус Оппенгеймер (Julius S. Oppenheimer) был иммигрантом как раз из Германии, а сын после окончания Кембриджскго университета, приступил к работе в Кавендишской лаборатории под руководством Э. Резерфорда, где встретился с Нильсом Борном и Максом Борном, после продолжил обучение на исторической родине в Геттингентском университете, где познакомился с В. Гейзенбергом и Э. Шредингером. Позднее создатель американской атомной бомбы вспоминал “нищету, господствовавшие среди немцев настроения крайней униженности, горечи, беспросветности, протеста и гнева, которые послужили впоследствии причиной ужасной катастрофы...”, но начало прошлого столетия было столетием немецкой химии, а международным научным языком был немецкий, обучение или как минимум стажировку все старались пройти в немецких университетах.

Родившийся во Франкфурте на Майне и обучавшийся у сотрудника швейцарской «Farbenfabriken vorm. Friedr. Bayer&Co» Адольфа фон Байера, Отто Ган (Otto Hahn) - еще один будущий нобелевский лауреат, сотрудничавший с Эрнесто Резерфордом, после вернувшийся в Германию, где стал сотрудником Эмиля Фишера, выделившему ему свою лабораторию. С 1912 года он возглавит отделение радиоактивных веществ в Химическом институте имени кайзера Вильгельма, в то время возглавляемом «отцом химического оружия» Фрицем Хабером и будет входить в химическое отделение «бюро Хабера», возглавляемое с 1930 по 1937 год Максом Планком и финансируемое Рокфеллерами через фонд возглавляемый Альбертом Феглером

Важно, что Альберт Феглер будет учредителем и в 1939 году сменит на посту председателя Наблюдательного совета созданного «Dillon, Read and Co» «Vereinigte Stahlwerke A.G.», в будущем «Flick Group», поглотившего «W.R. Grace Company». Кроме того Феглер в качестве президента Общества Кайзера Вильгельма был участником судьбоносного заседания в июне 1942 года под руководством уполномоченного по четырёхлетнему плану Альберта Шпеера, где Вернер Гейзенберг рассказал о военном приложении атомной бомбы и её конструкции, после чего к концу года Шпеер присвоил работам института Кайзера Вильгельма высшую степень приоритета.

Общество кайзера Вильгельма по развитию науки, включало в себя 21 институт, в одном из которых Фишер исследовал протеины, обучая ремеслу будущего нобелевского лауреата Отто Варбурга, отец которого Эмиль Варбург доказал закон фотоэффекта, нобелевскую премию за который дали Эйнштейну, а сам знаменитый лауреат до 1933 года был директором Физического института кайзера Вильгельма в Берлине. В 1888 г. Фишер женился на дочери профессора анатомии Агнессе Герлах. Профессор Франкфуртского университета Вальтер Герлах с 1919 по 1920 он возглавлял лабораторию физики «Bayer-Werke» в составе «Farbenfabriken Elberfeld», то есть был коллегой Отто Амброса. Варбурги, как и Оппенгеймеры известные еврейские банковские династии родом из Германии, обе имеют отношение к физическим исследованиям, и если одни тесно связаны с атомной бомбой, вторые с финансированием Третьего Рейха и «IG Farben», в чью юрисдикцию входил Аушвиц-III.

2. «КЛУБ УРАНА»

 «В декабре 1938 года немецкий ученый Отто Ган открыл явление деления ядер урана. В апреле 1939 года он созвал совещание шести физиков – профессоров Жооса, Ганля, Гейгера, Маттауха, Боте и Гофмана. Это совещание и положило начало возникновению Уранового клуба (UranVerein)».
Сэмюэль Гоудсмит «Миссия «Алсос»

Несмотря на звание нобелевского лауреата, со страниц журнала Вальтер Герлах призовёт к финансированию научной алхимии, а позднее станет одним из руководителей германского атомного проекта «Uranverein» ("Урановый клуб"), выходцем из его лаборатории будет будущий академик АН СССР Исаак Кикоин, автор центробежного метода разделения изотопов урана.

Исторически более справедливо все-таки начать описание участников «мирового уранового клуба» с 1895 года, когда Вильгельм Рентген обнаружил «икс-лучи», которые уже через год стали применять при диагностике переломов, а также для лечения таберкулёза и рака, что впрочем, не спасло от этой болезни самого первооткрывателя. В следующем году, когда от радиационного ожога умер помощник Эдисона, демонстрировавший в построенном изобретателем аппарате руку в светящемся излучении, стало очевидно двоякое воздействие этого излучения, названного по имени его открывателя. Также в 1896 году Анри Беккерель обнаружил, что соли урана испускают излучение, которое способно засветить фотопластинку сквозь картон. Изучавшие явление знаменитые Мария и Пьер Кюри дали ему название «радиоактивность». Из их лаборатории выйдет советская «Кюри» - Зинаида Ершова, выпускница МГУ 1929 года, начальник лаборатории по производству плутония, первая в мире получившая металлический уран в самый критически важный момент «атомной гонки».

Эрнст Резерфорд и Фредерик Содди обнаружили, что в основе лежит процесс распада радиоактивного элемента, в результате которого часть его атомов превращается в атомы другого элемента. В 1907 году Резерфорд вместе с Гансом Гейгером по испускаемым вспышкам посчитали, что излучатель в одну тысячную грамма радия излучает 130 тысяч альфа-частиц, так что можно сказать, что первым «счётчиком Гейгера» был сам Гейгер, по его утверждению вручную пересчитавший «в общей сложности миллион альфа-частиц». Попытка пересчитать частицы, преодолевшие тонкую золотую пластинку Марсденом привело к пониманию модели атома в 1911 году, по которой положительно заряженные частицы (протоны) сосредоточены в тяжелом центре атома, а отрицательно заряженные (электроны) находятся на орбите ядра, на довольно большом расстоянии от него. Силы, действующие внутри атома представляли собой складское хранилище скрытой энергии, на существование которой указывало уравнение Эйнштейна, на что ранее обращал внимание Содди: «Радий, научил нас, что запасам энергии, необходимой для поддержания жизни, которой в мире нет предела, за исключением ограниченности наших знаний».

Сын лондонского купца Бенджамина и Ханны Содди, Фредерик был соратником Резерфорда и соавтором теории распада радиоактивных элементов, Нобелевский лауреат по химии «за вклад в химию радиоактивных веществ и за проведенное им исследование природы и происхождения изотопов» 1921 года.

Продолжив опыты в 1919 году, Эрнест Резерфорд расщепил атомное ядро, бомбардируя его альфа-частицами, испускаемыми радием и обнаружил, что осколки обладали таким же зарядом ядра и химическими свойствами, но имели другой вес. Предположение Резерфорда о том, что радий образуется из урана, было очень скоро подтверждено радиохимиком Б. Болтвудом - так пал древнегреческий постулат о неделимости атомного ядра, которого придерживались до сих пор. Науку о превращении одних элементов в другие Резерфорд назвал современной алхимией, конечно в шутку, в официальный оборот вошло понятие «ядерная физика», задачей которой было получить «атомную энергию»:

 

«А теперь перед нами открываются в явлениях радиоактивности источники атомной энергии, в миллионы раз превышающие все те источники сил, какие рисовались человеческому воображению … владение большими запасами радия дает владельцам его силу и власть, несравнимо большую, чем та, которую имеют владеющие золотом, землей или капиталом».В.И. Вернадский, выступление на собрании Академии Наук 1910 г.

Кстати, Резерфорд никогда не скрывал, что его любимым учеником был Петр Капица, благодаря чему у Советского правительства окажется полный комплект оборудования из кембриджской лаборатории. Изучение радиоактивных минералов в России началось благодаря Вернадскому в 1911 году с экспедиций на Урал, Кавказ и в Среднюю Азию. Радий содержался в рудах, извлекаемых «Ферганской компанией», но она переправляла его в Германию, не предоставляя к нему доступа русских учёных, а зря в 1926-27 гг. академиком Н.Н. Семеновым была создана теория цепных разветвленных реакций. После 1917 года часть запасов содержащей радий руды, остававшейся в Петербурге была передана вновь созданному отделу Академии Наук под руководством Вернадского. Во время интервенции запасы были эвакуированы в Вятскую губернию, где русский химик Виталий Хлопин собственным оригинальным методом извлекает из руды радий. Показательный пример важности открытия: когда Мария Кюри посетила США, на сборы американских женщин ей подарили один грамм выработанного радия, стоимостью 100 тысяч долларов.

В. Хлопин станет заместителем Вернадского, а позднее директором Радиевого института, возглавит созданную в 1940 году «урановую комиссию». Основываясь на построениях теории альфа-распада сотрудника его института Георгия Гамова экспериментаторы Кавендишской лаборатории Джон Кокрофт и Е.Т.С. Уолтон в 1932 году расщепили ядро лития на 2 альфа-частицы. В своё время, отклонив предложение Рентгена о продолжении работы в Германии, советский академик Абрам Иоффе с конца 1920-х годов организовал создание физико-технических институтов в крупных промышленных городах. Физики Украинского физико-технического института в шутку будут называть себя «детским садом профессора Иоффе», решая при этом совсем недетсадовские задачи: они сразу же смогли повторить английский эксперимент. Через четыре года к работе первой в СССР ядерной лаборатории при институте подключится изобретатель центрифужного метода разделения изотопов консультант компаний «AEG» и «I.G. Farben» Фриц Ланге, до этого экспериментировавший в Швейцарских Альпах с установкой по улавливанию молний, энергия которых должна была быть направлена на расщепление атомного ядра.

В 1932 году еще один ученик Резерфорда - Джеймс Чедвик добавит картину строения ядра описанием нейтрона, на изучение которого у последнего ушло более 15 лет. После обучения у Резерфорда Чедвик планировал продолжить в лаборатории Ганса Гейгера, но из-за начавшейся Первой Мировой Войны оказался военнопленным, содержащимся в конюшнях потсдамского ипподрома. Берлинская компания «Auergesellschaft» имела запасы тория, который добавляла в производимую зубную пасту «Дорамад» в качестве отбеливателя. Джеймс Чедвик договаривался с охранниками и экспериментировал с радиоактивным зубным отбеливателем.

Для того чтобы извлечь атомную энергию необходимо было приложить энергию для разгона альфа-частиц так, чтобы преодолеть энергию связей, обеспечивающих целостность ядра. Шагом в этом направлении стал циклотрон Эрнеста Орландо Лоуренса, в котором, используя магнитные силы, частица была вынуждена разгоняться соразмерно диаметру циклотрона. Так появился «адам» андронного коллайдера, в начале 1939 года Эрнест задумал создать установку, размеры которой позволяли разгонять частицы достаточно, чтобы разорвать связи в атоме. Летом 1935 года к Эрнесту приехал его брат Джон, имевший медицинское образование и преподававший в Йеле. Благодаря ему, а также фондам Мейси и Рокфеллера, с циклотроном стали экспериментировать в медицинских целях. Компания коллег и аспирантов забавлялась тем, что после того как доброволец выпивал водный раствор изотопа, братья с помощью пощелкивающего счётчика Гейгера демонстрировали как выпитое движется по телу.

В 1931 году Гарольд Юри из Колумбийского Университета продемонстрировал существование дейтерия, за что стал лауреатом Нобелевской премии. В 1933 Гилберт Льюис и американский физико-химик Роналд Макдональд в результате длительного электролиза обычной воды получили оксид дейтерия - тяжелую воду. Используя её свойства, физик Итальянской академии наук Энрико Ферми предложил альтернативный способ проникновения в ядро атома, не разгоняя, а замедляя нейтроны. Тяжелая вода великолепно замедляла нейтроны настолько, что они «размазываясь» в пространстве зацепляли ядро, что позволяло слегка изменять его форму и заставляло испускать малую толику энергии.

«Итальянец Ферми первым доказал большое значение нейтронов для возбуждения ядерных реакций, выдвинув предположение, что эти незаряженные частицы смогут проникнуть в ядра атомов, не отталкиваясь их положительным зарядом. Ферми и его сотрудники поэтому облучали нейтронами элементы почти всей периодической системы. …Итальянские исследователи довели свои опыты до урана, элемента с наибольшим тогда порядковым числом» - напишет в своей автобиографии Отто Ган.

В его лаборатории работала Лиза Мейтнер, родившаяся в Вене и планировавшая продолжить обучение у Макса Планка. Совместно с Фрицем Штрасманом они облучали потоком медленных нейтронов самый тяжелый из природных элементов – уран, получив результат, который "противоречит всем прежним представлениям ядерной физики" – как написали сами ученые в номере "Ди Натурвиссеншафтен" от 6 января 1939 г. Вместо того, чтобы набирать массу, поглощая нейтроны, уран-235 распадается на элементы, находящиеся в середине периодической таблицы, что было невозможно, потому что нейтрон не обладал энергией, достаточной для расщепления атома.

Несмотря на участие в Первой Мировой в качестве санитарки, согласно расовых законов Лиза Мейтнер в 1938 году покинула Германию и переехала в Стокгольм, куда Отто Ган направил ей письмо с просьбой «предложить какое-нибудь фантастическое объяснение». Ранее по той же причине в Институт Нильса Бора к его основателю в Данию перебрался её племянник Роберт Фриш, гуляя с которым по лесу Мейтнер рассчитала, что расщепление атома урана-235 питается собственной энергией ядра, равной массе, умноженной на квадрат скорости света - E=mc2. Научная общественность в лице Н. Бора в Дании, Я. Френкеля в СССР, А. Уилера в США дала подробное объяснение процесса распада. «Новая форма ядерной реакции высвобождает огромное количество энергии» - подтвердил будущий руководитель «атомного проекта» СССР И. Курчатов на семинаре ЛФТИ.

Идея появления энергии из исчезающей массы открывало столь захватывающие перспективы, что когда бывший студент Отто Гана и Лизы Мейтнер, ныне возглавлявший отдел исследования упомянутой фирмы «Auergesellschaft» Николаус Риль обратил на него внимание Управления военных материалов Германии, то оно переподчинило себе Физический институт кайзера Вильгельма, а его директором стал нобелевский лауреат Вернер Гейзенберг, независимо и одновременно с советским физиком Д.Д. Иваненко развивавшем идею о протонах и нейтронах в составе атомного ядра. Примечательно то, что Гейзенберг много занимался высотным космическим излучением, открытие которого с помощью измерений на воздушном шаре сделало нобелевским лауреатом Виктора Гесса.

Доклад Гейзенберга стал ключевым на организованном Бором конгрессе ядерщиков в Копенгагене. Попытки уличить Гейзенберга как «белого еврея» были решены на уровне матерей Гиммлера и Гейзенберга, которые были знакомы еще со времён своей молодости, после чего Гейзенберг приступил к созданию атомного реактора в здании лаборатории, обшитом досками и получившим, чтобы отпугнуть любопытных, название «Вирусный дом».

http://zavtra.ru/

  • 0

Добавить комментарий