0 5770

Ещё одно «наследие предков». Часть IV. Политический детектив к 70-летию создания атомной бомбы

Ещё одно «наследие предков». Часть IV. Политический детектив к 70-летию создания атомной бомбы

Чтобы разобраться кем являлись по отношению к СССР «союзники», достаточно признать, что в знаменитом выступлении Уинстон Черчилль не соврал в одном: «Власть государства осуществляется без ограничения диктаторами либо тесно сплоченными олигархиями, которые властвуют с помощью привилегированной партии и политической полиции»



7. «МИРОВОЕ ПРАВИТЕЛЬСТВО С АТОМНОЙ БОМБОЙ»
«Уже образована всемирная организация с основополагающей целью предотвратить войну. ООН, преемница Лиги Наций с решающим добавлением к ней США и всем, что это означает, уже начала свою работу. Мы обязаны обеспечить успех этой деятельности… и чтобы она стала подлинным Храмом Мира… Прежде чем мы сможем освободиться от необходимости национальных вооружений в целях самосохранения… Здесь у меня имеется и практическое предложение к действию. Суды не могут работать без шерифов и констеблей. Организацию Объединенных Наций необходимо немедленно начать оснащать международными вооруженными силами… В конечном счете, когда подлинное братство людей получило бы реальное воплощение в виде некоей Всемирной Организации». Уинстон Черчилль, из выступления 5 марта 1946 года в Вестминстерском колледже в Фултоне

Чтобы разобраться кем являлись по отношению к СССР «союзники», достаточно признать, что в знаменитом выступлении Уинстон Черчилль не соврал в одном: «Власть государства осуществляется без ограничения диктаторами либо тесно сплоченными олигархиями, которые властвуют с помощью привилегированной партии и политической полиции».
Французская газета «Le Monde» в статье от 9 марта 1946 года писала: «Самая деликатная проблема, поднятая в речи Черчилля … как может двойная военная организация, за которую ратует Черчилль… быть успешной, поскольку Соединенные Штаты и Великобритания владеют секретом атомной бомбы и, следовательно, международные вооруженные силы будут фактически в их распоряжении?». Сталин по поводу этого выступления заметил, что «господин Черчилль и его друзья в Англии и США предъявляют нациям, не говорящим на английском языке, нечто вроде ультиматума: признайте наше господство добровольно, и тогда все будет в порядке, — в противном случае неизбежна война», добавлю: начатая теми же самыми «сплоченными олигархиями».

«Совершенно ясно, что есть только один способ, которым могут быть предотвращены мировые войны - это учреждение Мирового правительства с монополией на серьезные виды вооружений… Чтобы быть способным сохранять мир только Мировое правительство должно иметь атомную бомбу и завод по её производству, авиацию и военные корабли и всё остальное необходимое для непобедимости…. Мировое правительство должно обладать монополией на уран и любое сырье из которого возможно создать атомную бомбу. Оно должно обладать большим штатом инспекторов, имеющих право посещения заводов без уведомления; любая попытка препятствовать им должна рассматриваться как "casus belli". … Военное вмешательство в дела нации, препятствующей арбитражу должно быть закреплено в его конституции».  Бертран Рассел, The Bulletin of the Atomic Scientists, № 5, 6 (1946 г.)

«Союзники», используя преимущество повели политику не всегда мягкого давления. Для этого заранее была составлена справка о мировых залежах ториевых и урановых руд, оценка и контроль за распределением которых была возложена на кандидатуру, отобранную из «более чем из миллиона личных дел» - сотрудника компании «Shell», майора инженерных войск Гварина. В следующем, 1944 году Гровс возглавит «Объединенный трест развития», созданный США и Великобританией с целью контроля над мировыми запасами урана и тория и отклонит запрос СССР на продажу ему очередной партии, чтобы «препятствовать другим странам, в особенности СССР, в приобретении урана для своих проектов». Позднее Трумэну Грувз составит отчёт, построенный на сфальсифицированных данных о возможности США контролировать 97% мировых запасов уранового сырья, что давало основание утверждать, что СССР потребуется не менее 20 лет для создания собственной атомной бомбы, а соответственно и уверенность Трумэну при оказании давления на СССР во время переговоров.
Вышедшая в 1945 году книга Генри Смита (Henry DeWolf Smyth) «Атомная энергия для военных целей. Официальный отчёт о разработке атомной бомбы под наблюдением Правительства США» («Atomic Energy for Military Purposes; The Official Report on the Development of the Atomic Bomb under the Auspices of the US Government, 1940-1945») определила разведанные месторождения в Колорадо, на севере Канады, в Чехословакии и Бельгийском Конго.
Помощник Гварина профессор Эмхертского колледжа Дж. Бэйн также определил, что получения тория используют монацитовый песок, главные месторождения которого были в Индии и Бразилии. Сразу же «были заключены соглашения, предусматривающие закупку нами всего монацитового песка, добывавшегося в этих странах» - вспоминает Л. Гровс. В 1944 году поисковыми группами СССР в качестве перспективной группы урановых месторождений была определена северная часть Эстонской ССР, а в 1947 году Государственный Секретарь США заявил, что США «не признают аннексии балтийских государств Советским Союзом».
В ноябре 1947 года британской делегаты Южно-Африканского Союза на Генеральной ассамблее ООН отстаивали расовое превосходство «арийской расы», но после того как премьер министр Великобритании Гарольд Макмилан (Harold Macmillan) публично констатировал «Ветер перемен выдувает Британию из Южной Африки» ситуация не сильно изменилась. Дело в том, что Дж. Бэйн вспомнил, что обнаружил уран в пустой породе копей на юге Африки еще в 1941 году, а план Баруха предполагал монополию над урановыми ресурсами. Добывающая уран в США "Newmont Mining Соrp." получила активы ранее немецких горнорудной и железнодорожной компаний в Юго-Западной Африке.
В апреле 1950 года «Chase Manhattan Bank» Рокфеллеров приобрёл принадлежащей ранее бельгийской компании «Union Miniere de Haut Katanga» контрольный миноритарный пакет акций в концессиях Танганьики. На тот момент область Катанга в юго-восточном Конго содержала свыше 50% разведанных запасов кобальта в мире и 60% всего разведанного урана. В том числе, полная зависимость США от импорта хрома, 98% которого поступают из ЮАР и Зимбабве. Похожая ситуация с кобальтом, от поставок которого военная промышленность и энергетика США зависят более чем наполовину. Произошло также слияние «J.P. Morgan & Co» и «Anglo-American PLC», основанной сэром Эрнестом Оппенгеймером компании-владельца алмазной «De Beers», что обеспечивало контроль добычи африканской золота и платины. В целом группа Рокфеллеров при содействии «Lazard Brothers & Co» и «Ladenburg Thalmann & Co. Inc» приготовилась взять под свой контроль свыше ста южноафриканских индустриальных и добывающих компаний. И тут «Африка прочувствовала на своей коже, что было ей уготовано. Так называемые «Независимые» африканские государства размножались со страшной силой. Любой негритянский политик моментально снабжался кучей оружия и мог запросто создать своё собственное государство. Только ленивый не делал этого» – вспоминает очевидец событий, Дуглас Рид. Следом в ЮАР появилась Знакомая по Третьему Рейху расовая политика: в 1950 году был принят закон о разделении расовых групп (Group Areas Act), через три года закон о раздельных услугах (Separate Amenities Act).
В декабре 1956 года канцлер ФРГ Людвиг Эрхард выступил с заявлением: «Мы — южноафриканцы и западные немцы — все как один стремимся постро­ить свою жизнь на общих для нас принципах». В 50-х в ЮАР отстроили свои химические заводы «Farben IG», «Krupp AG», «Siemens», «Hensel-Henkel», по секретному договору 1961 года сюда перебрались прибыли 6 тыс. западногерманских ученых, инженеров, техников, бизнесменов, включая представителей корпораций «Lufthansa» и «Telefunken». Эксперименты над людьми в рамках уже американских программ проводились с конца 50-х в центре биологических исследований армии ЮАР в Луис-Тричарде и на севере Намибии, где военные ЮАР испытывали вирусы на военнопленных концентрационного лагеря «особого режима» в Ошакати.
Впрочем разговор о том как наследие Третьего Рейха развернулось в Африке отдельный, возвращаясь к теме контроля над атомным вооружением нужно упомянуть, что в январе 1946 года Генеральной Ассамблеей ООН создана Комиссии по атомной энергетике, с правом контроля за использованием атомной энергии и «эффективным мерам инспекции и другим способам защиты участвующих государств от опасности нарушений и уклонений». По настоянию Молотова комиссия управлялась Советом Безопасности ООН, где СССР имел право вето. Однако 7 марта 1946 года на совместном заседании Консультационной группы и комитета представителя Государственного Департамента США Гордона Арнесона собрались вице президент «Monsanto» Чарл Томас, президент подразделения «AT&T»-«New Jersey Bell Telephone Company» Честер Бернард и вице-президент «General Electric» Гарри Винс.
 Раскрученный американской прессой «отец атомного оружия», председатель консультативного комитета Комиссии по атомной энергии США Роберт Оппенгеймер огласил собравшимся проект создания Международного Управления по атомной энергии (ADA), с правом разрешать и запрещать добычу атомного сырья и утилизацию радиоактивных отходов. Разработчики проекта осознавали, что помимо контроля добычи в проекте речь идет не о запрещении или уничтожении атомного оружия, не о свободном обмене научной информацией, а о том, чтобы передать США права сюзерена, сделав Международное Управление неким прообразом мирового правительства. 17 марта предложение было направлено Государственному Секретарю Джеймсу Бирнсу, который передал его Бернарду Баруху для согласования. Именно он должен был представлять проект названный докладом «Ачесона – Лилиенталя» в ООН. Через несколько лет, в апреле 1950 года к Д. Ачесону в качестве советника и консультанта будет прикреплён Джон Фостер Даллес.

«Барух представил свой «бульварный» план в Комиссию по Атомной Энергии ООН в июне 1946 года. Он начал в духе древнееврейского пророка: «Мы должны выбрать или мир, или разрушение мира». … Опять они начали муссировать идею центрального наднационального аппарата, обладающего всем необходимым для того, чтобы навести порядок в мире. Центральным предложением Баруха было создание Международного Суда (который потом и создали), постоянного характера и обладающего правом наложить наказание» Дуглас Рид «Грандиозный план XX-го столетия»

В качестве будущего начальника Комиссии по Атомной Энергии ООН Бернард Барух предложил себя, процитированный Дуглас Рид считает, что весь план был изначально придуман самим Барухом и «старым подельником ещё со времён Мирной Конференции 1919 года» Фердинандом Эберштадтом (Ferdinand Eberstadt). Для Оппенгеймера было очевидно, что такой план не будет принят хотя бы и потому, что предлагаемые Барухом арсеналы бомб для применения против возможных агрессоров, были как выразился Председатель Объединенного комитета начальников штабов "слишком уж явно нацелены на СССР".

"Если бы план Баруха был принят то всякая самостоятельная деятельность по развитию атомного производства в странах, подписавших соглашение, должна была быть прекращена и передана в руки интернациональной (в действительности, вероятно, американской) организации. Эта интернациональная организация должна была бы приступить к сооружению заводов на нашей территории, а в действительности прежде всего приступила бы к контролю наших ресурсов».  академик АН СССР Д.В. Скобельцын, эксперт по атомной энергии от Советского Союза при ООН

Когда отставной британский премьер, «горячий поклонник мистера Баруха» весной 1946 года призывал Запад к крестовому походу против Советского Союза, то использовал употребляемый им с 12 мая 1945 года термин - «холодная война», подхваченный из выступления предмета своего поклонения банкира Бернарда Баруха в Конгрессе США и раскрученный серией публикаций выходцем из банкирской семьи, журналистом Уолтером Липпманом. Ни о каких мирных договорённостях речь не нашла уже тогда, поэтому подготовленный СССР альтернативный баруховскому «план Громыко» был окончательно отклонён в 1948 году.
На вопрос о «превентивной ядерной войне» известный британский философ и лауреат Нобелевской премии по литературе Бертран Рассел в интервью BBC в 1959 году сообщил: «Я не раскаиваюсь в этом и это не противоречит моему пониманию сегодня… Когда после войны американцы монопольно владели ядерным оружием и предлагали сделать его международным согласно плану Баруха, то это было крайне щедрым предложением… Нужно было сильнее давить на Россию, чтобы она приняла план Баруха, тогда мне казалось, что если они продолжат отказываться, то следовало дойти до действительной войны. В то время ядерное оружие было только у одной стороны, что не оставляло русским шанса…».
В августе 1947 г. в городе Монтре состоялся Конгресс Союза Европейских Федералистов, принявший "Декларацию Монтре": «Основание мирового федерального правительства является самой насущной проблемой современности…». К движению еще в 1945 году примкнул А. Эйнштейн, также заявивший, что создание мирового правительства есть единственный способ сохранить мир. В сентябре 1947 г. в открытом письме делегациям государств-членов ООН он предлагал реорганизовать Генеральную ассамблею ООН в непрерывно работающий мировой парламент с широкими полномочиями. Советские академики С.И. Вавилов, А.Ф. Иоффе, Н.Н. Семенов, А.А. Фрумкин в открытом письме писали, что советский народ отстоял независимость не ради "всемирного правительства", "прикрывающего громко звучащей вывеской мировое господство монополий". Эйнштейн назвал такое утверждение мифологией, а неприятие идеи "сверхгосударства" опасной для СССР тенденцией к "бегству в изоляционизм".
В 1948 году, когда американские учёные, заявив, что они «граждане мира» и представители «единой мировой науки» вновь призвали учёных создать «Соединённые Штаты Мира», «сплоченная олигархия» пригрозила в очередной раз устами лорд У. Бевериджа: «Какая альтернатива созданию во имя мира Мирового Правительства? Альтернатива этому — война. …Мы обязаны совершить фундаментальные изменения в правительстве мира, так чтобы по возможности иметь Мировое Правительство уже к 1955 году».
В конце концов, в 1950 году после неудавшегося шантажа и интриг «сплочённая олигархия в лице сенатора банкира Д. Варбурга заявило: «Хотим мы или нет, но у нас будет общее мировое правительство. Вопрос только в том, будет ли оно создано насильно или добровольно».
В 1947 году в США оформился Генеральный Консультативный Комитет - "атомный мозговой трест" Комиссии по атомной энергии, куда вошел Роберт Оппенгеймер, основатель ядерной химии Гленн Сиборг, глава Гарварда Джеймс Конант, Энрико Ферми, а также ученик Оппенгеймера, представитель США в ЮНЕСКО, будущий сооснователь ЦЕРНа и будущий глава комитета Исидор Раби. Надо отдать должное Роберту Оппенгеймеру, вопреки тренда, задаваемого Барухом, он пытался вести самостоятельную политику, настраивая Генеральный консультативный комитет против создания следующего этапа наметившейся гонки вооружений - водородной бомбы: «Мы считаем, что супербомбу делать нельзя ни в коем случае.  Человечеству, пока не изменится нынешняя ситуация в мире, жить будет гораздо лучше без демонстрации осуществимости такого рода оружия...» - гласил подготовленный им «Отчет Большинства» ГКК от 28 октября 1949 года.
Но также надо признать, что у него из этого ничего не вышло: глава ФБР Эдгар Гувер своевременно передал Баруху запись телефонного разговора, где Оппенгеймер высказывался о желании "запереть этого парня в ящике", в другом телефонном разговоре Оппенгеймер жаловался неустановленному физику: «Я думаю, если цена такова, что я должен буду жить с этим стариком [Бернардом Барухом] и его народом, она может оказаться чересчур высока...». Не менее своевременно Л. Борден, начальник отдела кадров Объединённого комитета конгресса по атомной энергии направил Гуверу письмо с мнением, что Оппенгеймер «скорее всего» шпион. Допрашивал Оппенгеймера тот самый Борис Пашковский. Итогом стало 3 тысячи страниц судебного разбирательства специально для этого созданного Комитета Безопасности по атомной Энергетике, после которых отстранённый от всех должностей «отец атомной бомбы» ушел в «Remington Rand», детище которой «UNIVAC», долгое время было синонимом слова «компьютер». Глава нового проекта «чистой бомбы» Эдвард Теллер в отличии от своего соплеменника Оппенгеймера занял более правильную позицию. Так как новая группа физиков, работавшая против «красной угрозы» называла свои бомбы «Папаша», «Сынок», «Дядя», «Малыш Эдвард», их прозвали «Семейный комитет».


8 «Семейный комитет»

«Бернард Барух … был экономическим советником ПЯТИ президентов США. Включая самого Рузвельта. В Первую Мировую возглавлял Военно-Промышленный Комитет США, переводил американскую промышленность на военные рельсы. И сам хорошо на этом заработал. Был членом Высшего экономического совета Версальской конференции…. Во Вторую мировую тоже был на очень серьезных ролях по части военной промышленности».  Андрей Фурсовдиректор Центра русских исследований Института фундаментальных и прикладных исследований Московского гуманитарного университета, член Международной академии наук
 Во время Первой Мировой военно-промышленный комплекс США занял настолько ощутимую долю в экономике, что, как писал английский исследователь В. Ньюбольд еще в 1924 году: «Неизбежное прекращение заказов… произойдет по окончании войны, вызовет такой застой в американской стальной и машиностроительной промышленности, что правительство не сможет противиться требованию казенных заказов. Никакое пацифистское движение, никакая социалистическая агитация не смогут помешать принятию мер, которые, давая временное облегчение, поведут государство вперед по тому роковому пути международных осложнений».
Осложнения в Европе и приближение Второй Мировой войны деловые круги США только радовали, с её началом внешнеторговый оборот в осенние месяцы 1939 года вырос на 15%. До конца 1941 года Конгресс ассигновал 23 млрд. долларов, что превышала весь бюджет Первой Мировой. Английские и французские заказы увеличили оборот одной только «U.S. Steel» на 600 млн. долларов и обороты эти постоянно нарастали. Глава фискальных органов «Comptroller General of the Unites States» Линдсей С. Уоррен (Lindsay C. Warren) выступал перед Палатой представителей (House of Representatives) в 1943-44 гг. с показаниями о том, что военные производители активно лоббировали заказы, «сняв с них сливки» на сумму более 50 млрд. долларов. Непосредственно на новее предприятия было потрачено 26 млрд. долларов большей частью государственных субсидий. «250 крупнейших промышленных корпораций, работавших на нужды войны, эксплуатировали в военное время 79% всех вновь построенных на государственные средства заводов и фабрик, переданных в частную эксплуатацию... Эти же компании потом приобрели в собственность 70% имущества, которое правительство стало распродавать после войны как военные излишки...» - отчиталось Управление по капиталовложениям. А в 1949 году на вооружения предполагалось израсходовать 20 млрд. долларов - сумму, превышающую расходы с 1930 до 1940 г.
Кроме того Вторая Мировая, как отмечают историки Г. Севастьянов и Л. Уткин обещала «создание условий для занятия Соединенными Штатами ведущей роли внутри англо-франко-американской группировки», что собственно и произошло после получения возможности использования атомного оружия в одностороннем порядке. Отсутствие же войны для американского ВПК было равносильно смерти, поэтому для его представителей военный госзаказ как самая капиталоёмкая сфера бизнеса не должна была останавливаться, даже если война будет лишь «холодной».
Процитирую американского историка Питера Дэйла Скотта (Peter Dale Scott): «Америка мобилизовала все силы своей оборонной промышленности, и в 50-х годах мы наблюдали все большую и большую асимметрию в гражданской экономике страны, то, что мы погружаемся все сильнее и сильнее в оборонную составляющую экономики видел в своё время уже Эйзенхауэр. Эта экономика, в отличии от остальной, была наиболее центрально организованной в плане закулисной обработки членов парламента по принятию решений на всё большее наращивание вооружений». Для рассмотрения вопроса явной и неявной «закулисной обработки» примечателен факт, что до 1950 года генерал Эйзенхауэр был президентом Колумбийского Университета, о котором Дж. Голдберг в своём исследовании о фашизме писал: «Пожалуй, ни одно из элитных образовательных учреждений в Америке не было настолько расположено к фашизму, как Колумбийский университет». «Закулисная обработка» в частности выразилась в том, что с 1955 по 1961 годы разведка ВВС США преувеличивала данные об обладании СССР реактивными снарядами и авиации, приписывая лишний ноль к реальным данным, что послужило основанием для производства тяжелых бомбардировщиков и запуска нескольких перспективных проектов в области авиации.

«Мы были вынуждены создать постоянно действующую военную промышленность огромных размеров, мы ежегодно тратим на военную безопасность больше, чем чистая прибыль всех корпораций Соединённых Штатов …в это вовлечены наш труд, ресурсы и средства к существованию, это стало частью самой структуры нашего общества…»ген. Дуайт Эйзенхауэр, 34-ый президент США
 Предшествовала этим событиям передача в 1947 году «старым подельником» Бернарда Баруха, Фердинандом Эберштадтом доклада, ставшего основой нового «Закона о государственной безопасности» Джеймсу Форрестолу. В том же году появилась «доктрина Трумэна» по которой «план обороны американского континента» предусматривал модернизацию и стандартизацию снаряжения стран Латинской Америки и Канады под руководством Соединенных Штатов. Практику, сложившуюся с появлением в рамках «доктрины Трумэна» в 1947 году Совета национальной безопасности, описывает Дзелепи: «Ни один президент Соединенных Штатов не осмелился бы игнорировать мнение представителей Пентагона …Их мнение, высказанное в торжественной обстановке и поддержанное докладами секретных служб (ЦРУ), было равнозначно определенному «заказу».
 «Когда говорят об американской политике, ни в коем случае нельзя упускать из виду, что это всего лишь общее место, что существует две Америки: официальная, та, за делами которой можно наблюдать, и другая, та, которая очень часто направляет и определяет поведение первой, но совершенно не доступна контролю. Это Америка трестов, крупных предприятий и банков, короче — это "власть денег", которая прекрасно ладит с военными. Именно этой Америке почти всегда принадлежало решающее слово в качестве глашатая Пентагона и секретных служб ЦРУ, поскольку речь идет всегда в конечном счете о «защите» и «безопасности» Соединенных Штатов».Э. Н. Дзелеписотрудник пресс-бюро английского посольства в Лиссабоне

С благословения государственного секретаря Маршалла военные заняли все руководящие посты в государственном департаменте и дипломатическом корпусе, американский военный журнал констатировал, что «контроль над внешней политикой США перешел теперь фактически к армии...». К такому же наблюдению пришел и журнал «The New Republic», отметивший, что «места, освободившиеся с уходом сторонников «нового курса» заняты военщиной и людьми с Уолл-стрита», министром торговли стал У. Аверелл Гарриман - член правления «Guaranty Trust» и совладелец «Brown Brothers Harriman», его партнером по этой компании был Роберт Ловетт, ставший заместителем государственного секретаря. Пост председателя комитета по вооружениям занял глава президент «Eastman Kodak» Томас Харгрейв, председателя Совета национальных ресурсов глава «Atlantic Greyhound» Артур М. Хилл, заместителем военного министра стал генерал-майор Уильям X. Дрейпер, бывший вице-президент банка «Dillon, Read & C°», одного из основных инвесторов Третьего Рейха, на деньги которого был отстроен головной офис «Farbenindustrie I.G.», имеющий в США филиал «General Analin and Film»(GAF). Когда секретарем по вопросам обороны США был Джеймс Форрестол, управляющий партнер банка «Dillon, Read & C°» и вице-президент совета директоров «GAF», то на посту его сменил Луис Джонсон, который с апреля 1943 года занимал должность директора «GAF».
Форрестол не был против того, чтобы зарабатывать на военных заказах, его компаньоном по банку «Dillon, Read and Company» Фердинандом Эберштадтом был представлен «Закон о государственной безопасности». До учреждения в 1947 году прообраза Министерства Обороны - «National Military Establishment» в США существовали только независимые департаменты Сухопутных и Военно-Морских Сил, но теперь помимо единого военного министерства появляется и Центральное разведывательное управление.
Переформатирование системы безопасности США в том числе и создание ЦРУ предусматривало сверхсекретную "Новую концепцию войны" 1948 года, утверждённую в Пентагоне, здание которого, кстати, строил Лесли Гровс. Из-за якобы нехватки урана руководитель «манхэттенского проекта» давал на разработку атомной бомбы Советскому Союзу еще лет двадцать, а до этого момента он и Командующий химическим корпусом США генерал-майор Олден Уайт предложили развивать «радиологическую войну», доктрина которой была рассекречена в 2007 году. К сожалению, из далеко не полностью, но рассекреченного следует, что новая концепция отравления радиоактивными ядами не только «вражеских территорий», но и "важных политических или военных лидеров" предвосхитила основную черту оружия «холодной войны»: «факт его применения не должны быть установлен и прослежен», «применяемый боеприпас не должен вызывать подозрений при транспортировке», а «смертоносная атака на отдельных лиц с использованием радиологического материала должна быть предпринята так, чтобы было невозможно проследить участие в этом правительства США».
Во время своего выступления в Конгрессе Гровс заверил, что смерть от радиации "весьма приятная смерть". Продолжением этой доктрины станет отдельные исследования в рамках программы «MK-ULTRA», но это отдельный разговор, к атомным проектам имеющий отношение лишь в части экспериментов, проводившихся на ничего не подозревавших американцах.
В 1954 г. на стол президента Эйзенхауэра лег совершенно секретный доклад поразительно откровенного содержания, подготовленный отставным генералом Джеймсом Дулиттлом, где в заключении говорилось: «если Соединенные Штаты намереваются выжить, следует подвергнуть пересмотру давнишнюю концепцию "честной игры". Мы должны научиться подрывной деятельности, диверсиям и уничтожению наших противников методами более искусными, более изощренными и более эффективными, чем те, что они применяют против нас. Вероятно, возникнет необходимость ознакомить американский народ с этой по существу глубоко омерзительной философией и заручиться его пониманием и поддержкой».
Отчет подтверждал угрозу западным демократиям со стороны СССР и призывал предоставить американской оборонительной и наступательной разведке беспрецедентные для мирного времени полномочия. К примеру, когда возникла опасность, что новый глава уранодобывающей Конго, Патрис Лумумба станет союзником СССР, то в соответствии с новой доктриной «радиологической войны» его попытался отравить радиоактивной зубной пастой Йосиф Шлезвиг (Сидни Готлиб) из ЦРУ, а фактическое устранение реализовала сотрудница MI-6 Дафна Парк, первый консул Великобритании в Конго.
На протяжении всей второй половины прошлого столетия мир мог наблюдать бесконечную череду военных переворотов, организованных в соответствии с принятыми доктринами, включающих обязательное переформатирование государственной системы и передачу природных ресурсов под контроль семейного комитета «сплоченных олигархий», то есть то же что они собирались достичь угрожая атомной бомбой.
  • 0

Добавить комментарий