Германия. Рейх для детей! Многодетные немцы просят убежища в России

Германия. Рейх для детей! Многодетные немцы просят убежища в России

Счастливая европейская семья с пятью детьми была разрушена германской службой защиты детей «Югендамт» после того, как в летнем лагере отдыха старшему из пяти детей Бергфельд прописали сильные психотропные лекарства, которые родители отказались давать ребенку, поскольку посчитали избыточными.

История немецкой семьи Сони и Маркуса Бергфельд никого не может оставить равнодушным. Счастливая европейская семья с пятью детьми была разрушена германской службой защиты детей «Югендамт» после того, как в летнем лагере отдыха старшему из пяти детей Бергфельд прописали сильные психотропные лекарства, которые родители отказались давать ребенку, поскольку посчитали избыточными. В итоге всех детей изъяли, старшему убили здоровье уколами, а родителей объявили в розыск за попытку похитить собственных детей.

РИА Катюша публикует рассказ Общественного уполномоченного по защите семьи в Санкт-Петербурге Ольги Баранец, которая лично помогала несчастным родителям въехать в нашу страну:
— Обычная европейская семья: папа хорошо зарабатывает, мама растит детей, счастье и мир царят в доме. Так было до тех пор, пока семьей не заинтересовалась немецкая службы защиты детей «Югендамт». В летнем лагере отдыха старшему из пяти детей — Нико — буквально на второй день пребывания на «отдыхе» прописали психотропное лекарство (метилфенидат, или риталин) в очень большой дозе. Родители, получив консультацию местного врача о необоснованности препарата (заключение имеется), отказались пичкать ребенка психотропом. Однако врач лагеря, узнав об отказе родителей от его рекомендации, позвонил в «Югендамт» с жалобой.

В итоге отказ родителей давать сильный препарат ребенку послужил поводом для признания родителей безответственными. Последовало изъятие всех пятерых детей. Никаких предупреждений от «Югендамт» не было. Всех детей отобрали внезапно и одновременно — в 5 утра, командой из 20 вооруженных человек, при этом избили отца на глазах у детей и жены. Дети после отобрания были размещены в разные детские дома, сильно в них страдали, были лишены общения с родителями и между собой, в их отношении регулярно применялись неизвестные медицинские препараты; одну из девочек изнасиловали, 26 раз перемещали из одного детдома в другой, их попытки бегства домой были безуспешны.

http://ru.truthngo.org/wp-content/uploads/2018/03/5ab140f8.jpg

Для родителей началась долгая и изнурительная борьба за возврат детей.

Решение суда о лишении родительских прав (которое состоялось буквально в течение недели после отобрания детей) построено фактически на двух обстоятельствах — на отказе родителей от рекомендации врача давать психотропный препарат ребенку и на клевете о наличии дома ссор. Родители прошли абсолютно все инстанции в попытке обжаловать это решение. Но суды были проиграны — суд в европейских странах всегда стоит на стороне служб опеки.

Соня и Маркус неоднократно участвовали в митингах против антисемейной политики в ФРГ. В 2014 г. организовали фонд помощи родителям, пострадавшим от службы защиты детей, на Мальте (куда надеялись вывести своих детей). На одном из митингов против ювенальной политики в Соню стреляли, она была ранена, потеряла сознание, попала в больницу и у нее вырезали часть почки.

Пока велась борьба за детей, старшему сыну Нико исполнилось 18 и его, совершенно больным, выдали родителям, повесив при этом на мальчика непосильную сумму долга в 240000 евро с ежемесячной выплатой государству по 7000 евро за «заботу о нем в детском доме». Оказалось, что применение сильнейших медицинских препаратов подорвало здоровье Нико необратимо.

http://ru.truthngo.org/wp-content/uploads/2018/03/5ab13d78.jpg

Понимая, что и младших детей ждет такая же участь, родители умудрились вывести других двух сыновей и Нико в Испанию. Лечение Нико выявило необратимые процессы разложения костей и через два года в возрасте 20 лет Нико скончался.

http://ru.truthngo.org/wp-content/uploads/2018/03/5ab13d65.jpg http://ru.truthngo.org/wp-content/uploads/2018/03/5ab13d70.jpg

Испанские врачи запросили у Германии подробности «лечения» Нико, чем раскрыли место нахождения родителей и других мальчиков. В начале марта «Югендамт» забрал младших братьев Нико прямо из школы в Испании. Соня и Маркус, понимая, что их обнаружение закончится 10 годами тюрьмы за «воровство» собственных детей из-под опеки государства, не могли вернуться в ФРГ, и фактически с тем и в том, что было при себе, решили бежать туда, где они не будут выданы немецкой полиции. Т.е. в Россию.

Опасаясь за свою жизнь, Бергфельды добрались до Латвии и обратились за помощью в посольство РФ, в Патриаршую комиссию по защите семьи и к российским просемейным организациям, в том числе к Общественному уполномоченному по защите семьи в СПб, который направил ходатайство о помощи семье в посольство.

Рассмотрев дело, российское посольство посчитало, что семья Бергфельд действительно имеет право на получение убежища в России. Но помимо теоретической возможности получения убежища на территории Российской Федерации, встал вопрос о его практическом воплощении.

Забрать семью в Риге из российского посольства было не трудно, но по мере приближения к российской границе нарастала тревога — из документов у немцев на руках были только внутренние паспорта. А для пересечения российской границы нужны загранпаспорта и визы. Чем ближе мы приближались к границе, тем более росло ощущение, что это Российская Государственная граница, а не КПП в бизнес-центре, и разъяснение от посла РФ в Латвии, что семья имеет право получить убежище — не более чем рекомендация. Фактически мы подъехали к границе только с горячим желанием оказаться в России.

Мою машину остановили уже на подступах к границе, фактически на нейтральной стороне. В течении 2 часов объяснений и переговоров мы оставались перед заветным шлагбаумом.

Соня призналась, что у нее так сильно колотится сердце, что сейчас выпрыгнет из груди. Мое спокойствие было натянутым и поддерживалось только моими коллегами из Петербурга. Наконец нас пропустили в погранзону. Следует отметить, что обращение пограничников было предельно строгим, корректным и вежливым. Хочу особенно поблагодарить начальника пограничного пункта на Российско-Латышской границе — спокойно, вежливо, но в рамках закона, терпеливо, учитывая создавшуюся нестандартную ситуацию, он разъяснил нам порядок и процедуру в сложившихся обстоятельствах. В его кабинете нам предложили кофе и чай с печеньем, что, конечно, несколько успокоило моих подопечных. С этого момента начались бесконечные вопросы: кто, откуда, куда, почему. Детальнейший опрос моего участия, обстоятельства их появления на границе, с чьим участием и т.д. и т.п. Теперь, если меня спросят, где в России порядок, я могу смело ответить: на границе у нас полный порядок! Можно спать спокойно — мышь не пробежит. Даже записать подготовленное заранее интервью мне не дали. Не положено! Граница! По сути, я выступала не только как переводчик, но и как проситель за эту семью. Пришлось убеждать пограничников, что ювенальная юстиция — это не вымысел. В рассказ Маркуса на границе сначала не поверили, и только фотографии и документы убедили пограничников, что семья действительно пережила все ужасы потери детей. Опрос длился несколько часов. По итогам, согласно регламенту, были заполнены необходимые документы, но в управление они отправились только утром.

Начались долгие часы ожидания. За это время Бергфельды рассказали, что отсудить детей у «Югендамт» в ФРГ практически невозможно. Соня сообщила, что к ним обращалась даже семья адвокатов, у которых также забрали детей и они, будучи сами адвокатами, ничего не смогли сделать и потеряли собственных детей. Также к Соне и Маркусу в период работы их фонда помощи немецким семьям на Мальте обращалась семья врачей (врачи в Германии имеют высокий социальный статус), которые не смогли вернуть детей из лап «Югендамт».

То, что сотворили с Нико немецкие «защитники прав» ребенка, может служить прекрасной иллюстрацией для будущего Нюрнбергского процесса над ювенальной юстицией — по факту, это было не что иное, как медицинские эксперименты на детях или даже преднамеренное убийство, совершенное с особой жестокостью. А сколько еще таких детей томится в застенках «Югендамт»?

Разумеется, Соня и Маркус, имеющие на руках доказательства бесчеловечного обращения «Югендамт» с детьми, представляют опасность для «Югендамт» и реально рисковали своими жизнями, оставаясь на территории Евросоюза.

Соня рассказывала, что, пробираясь из Испании в Латвию, они постоянно боялись, что любой пассажир автобуса может их выдать и их арестуют. За долгие часы ожидания на границе Соня неоднократно с ужасом спрашивала: могут ли их отправить обратно в Европу? Я утешала, что, конечно, нет. Как отрадно, что мои слова не оказались пустым утешением! К утру напряжение оказалось невыносимым. Маркус с нордической выдержкой пытался шутить, но очень часто просил приставленного к нам пограничника разрешения покурить. Для Сони я достала лоскуты, и прямо на границе мы стали с ней шить квадраты в технике лоскутного шитья. Это занятие и расслабило, и успокоило. К 5-6 утрам мы заснули прямо за столами в учебном классе погранзаставы. Утром нам сообщили, что документы переданы в МВД и ожидаются сотрудники для заполнения полного комплекта необходимых документов. Еще через пару часов эти сотрудники прибыли, и руководство погранпункта разрешило пройти на пункт юристу Патриаршей комиссии и переводчице с немецкого, которые в срочном порядке приехали помогать семье из Москвы. Последнее, что я слышала, собираясь в Петербург, — «у ее дочери полный запрет от “Югендамт” на обучение и получение профессии». Где граница этого безумия?!

И вот по образцу этой системы и систем других европейских стран у нас выстраивается нечто подобное под громким лозунгом «Права ребенка». (Вспомним хотя бы недавний пример, как сотрудники КДН и органов опеки защищали права детей до смерти этих детей. )

На сегодняшний день беженцы из Германии ждут решения наших органов о своей дальнейшей судьбе. В случае легализации в России им предстоит дальнейшая борьба за детей, в чем мы постараемся оказать им содействие. Пожелаем им удачи и вздохнем с облегчением, что такого беспредела в России пока нет. Надеемся, что и не будет!

Благодарим всех, кто принял участие в судьбе этой семьи: активистов Российского всероссийского сопротивления, которые оказывали помощь семье в Европе, сенатора Елену Мизулину, которая поддержала нашу просьбу, направив письмо в МИД, сотрудников посольства России в Латвии, пограничников и всех неравнодушных людей, которые помогали нам в этой истории. Просьба всем, у кого есть такая возможность, пожертвовать любую сумму на первичное обустройство семьи Бергфельд в России: сейчас бедные родители и сопровождающие их активисты — такие же беженцы от немецкой «Югендамт» — вынуждены ждать в гостинице оформления необходимых документов.

РЕКВИЗИТЫ
Номер карты Сбербанка – 4276380135026842
Катарина Миних — Общественный организатор помощи беженцам из Германии, официальный переводчик передаёт им деньги на начало устройства в России.

 

Ольга Баранец

 

Источник: НПО "Истина"

  • 0
Последние новости
Атака на сирийские объекты неподалеку от российской военной базы стала итогом сочинских договоров…
Китайский портал “Цзиньжи Тоутяо” опубликовал статью, автор которой называет Сибирь “китайской землёй” (это…
“Белые каски” отрепетировали фейковую химатаку в Сирии, но кто-то слил видео в сеть…