«Вы сдохнете без покаяния а мы попадем в рай»

«Вы сдохнете без покаяния а мы попадем в рай»

Путин рассказал, что думает о глобализации, русском национализме и готовности ответить на ядерный удар

Со времен Мюнхенской речи прошло 11 лет, с момента возвращения Крыма – 4, 5 года. За это время мы все забыли, кто такой Путин и куда он ведет страну. Либералы сделали все, чтобы Путин казался одним из них и вот еще одно выступление, которое войдет в историю — Валдайская речь 2018 года.

Валдайский форум открылся в Сочи 15 октября. Участники заседаний – 130 экспертов из 33 стран – обсуждают политические и социально-экономические перспективы России, общественное и культурное развитие страны, её место в современном мире. Сегодня Владимир Владимирович в рамках темы «Мир, в котором мы будем жить: стабильность и развитие в XXI веке» ответил на вопросы и рассказал о своем видении России в будущем.

Полное выступление см на ютубе.

Pазговор начался с самой животрепещущей темы — вчерашней трагедии в Керчи. В отличие от подавляющего большинства наших политиков и экспертов, Президент четко обозначил главную беду нового времени, то о чем говорили мы вчера и сегодня — отсутствие патриотического воспитания в стране.

«Это в том числе, результат глобализации. В соцсетях, в интернете мы видим, что созданы целые сообщества. Все началось с известных трагических событий в Соединенных Штатах, в школах Соединенных Штатов. Молодые люди с неустойчивой психикой создают для себя каких-то лжегероев. Это значит, что все мы, вместе взятые, не только в России, в мире в целом, плохо реагируем на изменяющиеся условия в мире. Это значит, что мы не создаем нужного, интересного и полезного контента для молодых людей, и они хватают этот суррогат героизма. Это приводит к трагедиям подобного рода», — заявил Президент. Правда, дальше Путин тему не развил, а увел ее в борьбу с терроризмом и рассказы о том как удалось сломить исламистов в самой России.

В этом же ключе Путин ответил и на вопрос относительно отношений с США.: «То же самое касается напряжения в международных делах. Мы никого не напрягаем, мы не создаем никаких проблем. Это же нас обвиняют в чем-то, причем «с высокой степенью вероятности», как говорят, мы сделали то-то и то-то, то туда вмешались, то там чего-то натворили. При этом никто не считает нужным предъявить какие-то доказательства. Для меня ясно, я уже об этом говорил, это результат внутриполитической борьбы в западном мире в целом. Сейчас идет борьба за условия выхода Великобритании из ЕС, внутри самих Соединенных Штатов между демократами и республиканцами, внутри самих республиканцев. И кому-то показалось, что очень удобный инструмент решения внутриполитических проблем – это разыгрывание антироссийской карты. Это вредно для всех. Надеюсь, это пройдет когда-то, но, судя по всему, нужно дождаться, чтобы были урегулированы внутриполитические кризисы. Произойдет это после выборов в Конгресс или нет, я не знаю пока, но может быть. Или это произойдет в 2020 году, когда состоятся очередные выборы Президента Соединенных Штатов, тогда ему не нужно будет оглядываться постоянно на тех, кто спекулирует на антироссийской риторике», — сказал он.

Успокоенные столь миролюбивым тоном Путину журналисты задали вопросы о готовности защищать страну в случае прямого нападения. И тут получили, наверное, самый яркий ответ, который иностранные СМИ будут цитировать еще долго.

«Мы вообще ничего не боимся. Страна с такой территорией, с такой системой обороны, с таким населением, готовым отстаивать свою независимость, суверенитет – далеко не везде, не во всех странах есть такая предрасположенность граждан жизнь свою отдать за Отечество, а у нас есть. С этим никто ничего не может поделать, и это вселяет в нас уверенность в том, что мы можем чувствовать себя спокойно…

Мы же живем в мире, в основе безопасности которого лежит ядерный потенциал. Россия – одна из крупнейших ядерных держав. И вы знаете, я сказал об этом публично, как ответ на строительство ПРО Соединенных Штатов мы совершенствуем свои ударные комплексы. Причем у нас на вооружении уже стоят некоторые, некоторые будут поставлены в самое ближайшее время, в ближайшие месяцы. Я имею в виду систему «Авангард». Мы точно совершенно, это очевидный факт, эксперты это понимают, обогнали всех наших, так скажем, партнеров и конкурентов в этой сфере. Высокоточного гиперзвукового оружия пока ни у кого нет. Некоторые планируют испытать его через полтора-два года только, испытания начать, а у нас на вооружении стоит это высокотехнологичное, современное оружие. И поэтому мы в этом смысле чувствуем себя уверенно. Есть много других рисков, это естественно, но они общими являются. Это экология та же самая, изменение климата, это терроризм, о котором я говорил, это распространение оружия массового уничтожения. Если мы не сможем положить этому эффективный барьер, то неизвестно, к чему это приведет, в чьих руках может оказаться это смертоносное оружие.

Поэтому в этом смысле ничего не поменялось. Мы действительно никуда не забираемся, у нас огромная территория, нам ничего не нужно ни от кого. Но, естественно, мы дорожим своим суверенитетом, независимостью. Так было всегда, во все времена в истории нашего государства, это в крови нашего народа, как я уже неоднократно говорил. И в этом смысле мы чувствуем себя уверенно, спокойно…

Речь шла о том, готовы ли мы и готов ли я использовать имеющееся в нашем распоряжении оружие, в том числе оружие массового уничтожения, для защиты себя, для защиты своих интересов. И я на это отвечал. Я напомню, что говорил. Я говорил, что в нашей концепции применения ядерного оружия нет превентивного удара. И я прошу всех здесь присутствующих и всех, кто будет потом каждое слово из того, что я скажу, анализировать и так или иначе использовать в своих собственных изложениях, иметь в виду: у нас нет в нашей концепции использования ядерного оружия превентивного удара. Наша концепция – это ответно-встречный удар. Для тех, кто знает, не нужно говорить, что это такое, для тех, кто не посвящен, скажу еще раз: это значит, что мы готовы и будем применять ядерное оружие только тогда, когда удостоверимся в том, что кто-то, потенциальный агрессор, наносит удар по России, по нашей территории. Никакой тайны вам не расскажу: у нас создана система, и мы ее совершенствуем постоянно, она нуждается в совершенствовании – СПРН, система раннего предупреждения о ракетном нападении. То есть эта система фиксирует в глобальном масштабе, какие старты стратегических ракет из Мирового океана, с какой-то территории произведены. Это первое. И второе – она определяет траекторию полета. Третье – район падения головных частей ядерного оружия.

И когда мы убеждаемся (а это все происходит в течение нескольких секунд), что атака идет на территорию России, только после этого мы наносим ответный удар. Это ответно-встречный. Почему встречный? Потому что летят к нам, а навстречу полетит в сторону агрессора. Конечно, это всемирная катастрофа, но я повторяю, мы не можем быть инициаторами этой катастрофы, потому что у нас нет превентивного удара. Да, в этой ситуации мы как бы ждем, что в отношении нас кто-то применит ядерное оружие, сами ничего не делаем. Ну да. Но тогда агрессор все равно должен знать, что возмездие неизбежно, что он будет уничтожен. А мы – жертвы агрессии, и мы как мученики попадем в рай, а они просто сдохнут, потому что даже раскаяться не успеют», — заявил Путин.

То есть, если говорить кратко, то Путин на пальцах объяснил, что нападать ни на кого мы не собираемся, но и смотреть случись чего, не будем. Притом так не будем, что никто с той стороны до церкви добежать не успеет.

Еще раз Президент отметил, что Крымский вопрос закрыт, кому бы там и чего не хотелось. «Крым – это наше. Мы никуда не забираемся. А наше почему? Не потому, что мы пришли и что-то схапали. Даже те, кто будет со мной спорить, – спор-то заходит моментально в тупик. Здесь же все демократы. Что такое демократия? Это власть народа. Она как проверяется, эта власть народа? С помощью референдумов, выборов и так далее. Люди пришли в Крыму на референдум и проголосовали: хотим быть независимыми, следующий шаг – хотим быть в составе Российской Федерации.

Напомню в сотый раз, в Косово не было референдума, только парламент проголосовал за независимость, – и всё. И все, кто хотел поддержать и разрушить бывшую Югославию, сказали: вот и слава Богу, мы с этим согласны. А здесь не согласны. Тогда давайте будем спорить, смотреть документы ООН, посмотрим, что такое Устав ООН, где написано о праве наций на самоопределение. Будем спорить бесконечно. Но мы исходим из волеизъявления людей, живущих на этой территории», — заявил Владимир Владимирович.

Вторым ярким моментом, после заявлении о ответном ядерном ударе, стал разговор о национальной идентичности и русском национализме в видении Путина.

«Наша национальная идентичность – это то, что нас делает теми, кто мы есть: это наша культура, наша история. Сохранение народа, о котором Вы сказали, вспомнив Солженицына, – это не только физическое сохранение, хотя, наверно, прежде всего и это имел в виду Солженицын, но и нашу идентичность как народа, иначе мы просто будем размыты, перестанем существовать. Таких примеров в истории человечества пруд пруди. Мы даже не вспомним, как назывались те народы, которые исчезли уже из нашего сознания. Их очень много было, но нам бы, зачем следовать этим примерам? Мы хотим быть русскими, татарами, евреями, проживающими здесь, мордвой и так далее, и так далее. У нас 160 этносов проживает на территории Российской Федерации. Зачем же нам размываться? Мы этим дорожим и должны об этом говорить. Мы должны укреплять свою идентичность», — заявил президент.

Далее разговор плавно перетек к пониманию русского национализма.

«Вы тоже не раз говорили, и у нас на «Валдае» в том числе, о том, что любой национализм и шовинизм наносит прямой огромный ущерб прежде всего тому народу и этносу, интересами которого якобы озабочены националисты. В 2014 году Вы нам сказали, что самый большой националист в России – это Вы. Вы по-прежнему остаетесь?», — поинтересовался у президента директор Фонда развития и поддержки клуба «Валдай» по научной работе Федор Лукьянов.

«Нет здесь никакого противоречия. Я сейчас скажу, что я имел в виду. Ведь националисты о чем все время говорят, что они выпячивают, чем они козыряют? Они говорят, что они самые лучшие защитники интересов того или другого этноса, того или другого народа, той или другой нации. А Российская Федерация, Россия изначально, с первых своих шагов складывалась как многонациональное государство.

Вот здесь у нас в зале сидит очень много людей, которые профессионально занимаются этими вопросами. Я здесь вижу директора Эрмитажа, который хоть является специалистом по Ближнему Востоку, но все равно прекрасно знает, как складывалась русская нация. Она же из чего взялась? Эта русская нация не существовала вечно, она была образована из различных славянских племен. Не было же русских на каком-то этапе, а потом начали формироваться: на основе общего рынка, власти князя, единого языка и потом единой веры складывалась русская нация. Но она складывалась из различных племен. А потом, когда государственность начала складываться, первичная форма российской государственности, там же очень много было финно-угорских народов. Ведь сейчас мы находим материальные свидетельства того, что финно-угорские народы жили даже в центре европейской части сегодняшней России, а не только в Приладожье.

Россия складывалась как многонациональное государство, а потом уже и как многоконфессиональное. Но оно тысячу лет существует и является устойчивым прежде всего потому, что изначально закладывалось очень толерантное отношение между всеми формирующими это государство нациями и представителями различных религий. Это основа существования России. И если мы хотим, чтобы Россия сохранялась такой, развивалась, укреплялась, а государствообразующим народом, безусловно, является русский народ, то в интересах русского народа сохранение этой страны. А если мы будем выпячивать такой пещерный национализм вперед, поливать грязью представителей других этносов, мы развалим страну, в чем не заинтересован русский народ. А я хочу, чтобы Россия сохранилась, в том числе и в интересах русского народа. И в этом смысле я и сказал, что самым правильным, самым настоящим националистом и самым эффективным являюсь я. Но это не пещерный национализм, дурацкий и придурочный, который ведет к развалу нашего государства. Вот в чем разница», — ответил Владимир Владимирович.

Единственно, что стоит отметить, так это, что толерантность здесь Путин спутал с терпимостью к иным культурам и народам, за толерантность к греху и предательство у нас ряд «деятелей» и на кол попадали, а особо толерантные и из пушки в сторону Запада отправлялись.

В остальном же Путин еще раз четко обозначил курс на русский имперский национализм, тот самый который собрал 1/6 планеты не истреблением коренных народов, а единением их в одно государство с единой целью и единой миссией. То, о чем писали великие русские писатели и святые отцы и благодаря чему мы существуем сегодня.

Конечно, помимо этих вопросов, поговорил Путин и о санкциях, внутренних проблемах и работе чиновников. Много было сказано и каждая часть стоит отдельного разбора, однако главное здесь то, что мы не увидели ни малейшего намека на кудринскую капитуляцию. Президент по-прежнему готов отстаивать интересы не клана «светлоликих либералов и олигархов», а русского народа– и это не может не радовать. Правда, от слов пора бы уже и к делам перейти..

 

Источник

  • 0
Последние новости
Ни для кого не секрет, что дела у боевиков ИГИЛ в Сирии складываются…
Пусть это увидит как можно большее число людей…
За свою карьеру Эрдоган часто менял одежду политической риторики. В разное время он…